Введение: в статье анализируются положения ст. 319 УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность за оскорбление представителя власти, а также практика их применения, роль и значение данных норм в обеспечении, с одной стороны, конституционного права на защиту чести и достоинства личности, с другой – установленного порядка управления, а вместе с этим и государственной безопасности. Цель: на основе анализа проблем законодательного закрепления, определения признаков состава преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, и практики применения данной статьи разработать предложения по совершенствованию положений уголовного законодательства в рассматриваемой области. Методы: диалектического познания, индукции, дедукции, анализа, синтеза, толкования правовых норм, юридико-догматический, структурно-логический, системный и др. Результаты: выявлены пробелы и недостатки в описании признаков состава преступления, связанного с оскорблением представителя власти, обусловливающие их различное понимание и применение как в научной среде, так и в судебной практике. Отмечено неполное применение на практике положений ст. 319 УК РФ, связанное с неточным закреплением признаков данного состава преступления, в первую очередь признака публичности оскорбления, отсутствием дифференциации ответственности за оскорбление представителя власти, в том числе отсутствием квалифицированных составов в ст. 319 УК РФ. Выявлено отсутствие соразмерных и системных связей данной статьи с иными смежными и близкими составами преступлений и административных правонарушений. Выводы: по итогам проведенного исследования предложена новая редакция ст. 319 УК РФ, содержащая подробное описание признаков рассматриваемого состава преступления, дифференциацию уголовной ответственности за оскорбление представителя власти в зависимости от того, совершено ли данное преступление публично или с использованием служебного поведения, а также уточненные и дополненные санкции. Introduction: the article analyzes provisions of Article 319 of the Criminal Code of the Russian Federation stipulating criminal liability for insulting a public authority, as well as the practice of their application, the role and significance of these norms in ensuring the constitutional right to protect the honor and dignity of the individual, the established management procedure, and state security. Purpose: based on the analysis of problems of legislative consolidation and definition of the crime elements provided for in Article 319 of the Criminal Code of the Russian Federation and the practice of applying this article to develop proposals for improving the provisions of criminal legislation in this area. Methods: methods of dialectical cognition, induction, deduction, analysis, synthesis, interpretation of legal norms, legal-dogmatic, structural-logical, systematic methods, etc. Results: the author determines gaps and shortcomings in the description of elements of the crime related to insulting a public authority that lead to their different understanding and application both in the scientific community and judicial practice. Incomplete application of provisions of Article 319 of the Criminal Code of the Russian Federation in practice is noted due to the inaccurate identification of crime elements, primarily public insult, a lack of differentiation of liability for insulting a public authority. The absence of proportionate and systemic links between this article and other related and similar types of crimes and administrative offenses is revealed. Conclusions: based on the study results, the author proposes a new version of Article 319 of the Criminal Code of the Russian Federation containing a detailed description of elements of the crime under consideration and differentiating criminal liability for insulting a representative of power, depending on whether the crime has been committed in public or using official conduct, as well as clarified and supplemented sanctions.
Введение: вопрос о границах публичного вмешательства в частные конфликты, особенно на фоне декриминализации побоев и развития института административной преюдиции, является дискуссионным. Автор поднимает важные проблемы правовой квалификации, судебной практики и социальных установок. Цель: получение нового знания о социально-правовом феномене – насилии, не опасном для жизни и здоровья потерпевшего, в семье, быту, трудовом, воинском коллективе, уточнение понятийно-категориального аппарата. Сложный характер цели предполагает необходимость постановки комплекса задач, в иерархии которых важнейшими являются вопросы: 1) все ли разновидности анализируемого насилия – преступление? 2) борьба с данным насилием – дело частное или публичное? В рамках углубленного познания социально-правовой действительности изучаются: 1) криминологический, 2) уголовно-правовой, 3) уголовно-процессуальный, 4) административно-правовой; 5) социально-культурный, 6) философский и иные аспекты насилия. Основные методы исследования: исторический, сравнительно-правовой, статистический, эмпирический, включающий получение верифицированной информации методом включенного наблюдения автора. Выводы: во-первых, изучаемые проблемы насилия как в психологии, так и в юридической науке исследованы поверхностно, фрагментарно; во-вторых, и криминология, и законодатель не спешат с честным и однозначным ответом на вопрос: побои – это преступление или нет? В-третьих, общество не желает мириться с запретом на физическое принуждение предикатного насильника к миру. Автором предпринята попытка систематизации сложной и противоречивой практики, предлагается оригинальный междисциплинарный взгляд на проблему через призму философии, психологии и культурологии. Сформулированные выводы носят проблемный характер и стимулируют дальнейшую научную дискуссию. Introduction: the issue of the limits of public intervention in private conflicts, especially against the background of decriminalization of beatings and development of the institution of administrative prejudice, is debatable. The author raises important issues of legal qualification, judicial practice and social attitudes. The purpose of the study is to determine a socio-legal phenomenon of violence that is not dangerous to the life and health of the victim in the family, household, labor, and military collective, clarifying the conceptual and categorical apparatus. In the framework of a complex purpose of the study, it is required to determine whether all the types of violence are a crime and whether the fight against this violence is a private or public matter? As part of in-depth cognition of socio-legal reality, criminological, criminal law, criminal procedure, administrative law, socio-cultural, philosophical and other aspects of violence are considered. Methods: historical, comparative-legal, statistical, empirical, and included observation. Conclusions: first, the problems of violence studied in both psychology and law are studied superficially, fragmentally; second, both criminology and the legislator do not clarify, whether beating is a crime or not? Third, the society does not want to put up with a ban on the physical coercion of a predicate rapist to peace. The author attempts to systematize a complex and controversial practice and offers an original interdisciplinary view of the problem through the prism of philosophy, psychology, and cultural studies. The formulated conclusions are problematic and stimulate further scientific discussion.
Введение: в статье анализируются современные вызовы, связанные с угрозой применения гражданами беспилотных воздушных судов в противоправных целях: доставка запрещенных предметов осужденным к лишению свободы и осуществление контроля за службой личным составом по надзору и охране на объекте уголовно-исполнительной системы. Это становится особенно актуальным для исправительных учреждений, подведомственных ФСИН России. Авторы акцентируют внимание на необходимости разработки и оптимизации механизмов противодействия возможным угрозам. Целями данного исследования являются выявление проблем, которые возникают при пресечении полетов беспилотных воздушных судов на территории учреждений ФСИН России, и разработка мер по повышению эффективности защиты. В работе используются аналитический, правовой, статистический, экспертный, прогностический методы. Результаты: исследование показало, что существуют проблемы, связанные с правовыми, техническими и организационными аспектами противодействия угрозам, которые представляют беспилотные воздушные суда для обеспечения надлежащей деятельности уголовно-исполнительной системы. Установлено, что приведенная динамика пресечения незаконных полетов сотрудниками демонстрирует формирование устойчивой негативной тенденции, а подходы к защите исправительных учреждений не в полной мере учитывают потенциальные риски. Выводы: для повышения эффективности защиты исправительных учреждений ФСИН России необходим комплексный подход, включающий правовую базу, обучение и своевременное повышение квалификации персонала исправительных учреждений и внедрение современных технологий отслеживания и блокировки (пресечения) полетов беспилотных воздушных судов. Introduction: the article analyzes modern challenges related to the threat of the use of unmanned aircraft for illegal purposes: delivery of prohibited items to convicts and monitoring of the service by the personnel for supervision and protection at penitentiary facilities. This is becoming especially relevant for correctional facilities of the Federal Penitentiary Service of Russia. The authors emphasize the need to develop and optimize mechanisms to counter possible threats. Purpose: to identify problems that arise when intercepting flights of unmanned aircraft on the territory of penitentiary, and to develop measures for boosting security. Methods: analytical, legal, statistical, expert, and forecasting. Results: the study shows that there are problems related to legal, technical and organizational aspects of countering the threats posed by unmanned aircraft to ensure proper functioning of the penal system. The dynamics of the illegal flight suppression demonstrates the formation of a stable negative trend, while the approaches to protecting correctional facilities do not fully take into account potential risks. Conclusions: to ensure security of penitentiary institutions, one needs an integrated approach that includes a legal framework, training and timely professional development of correctional personnel, and introduction of modern technologies for tracking and blocking (suppressing) flights of unmanned aircraft.
Введение: статья исследует институт передачи осужденных в контексте уголовного и уголовно-исполнительного права. Актуальность обусловлена ростом транснациональной преступности и необходимостью гармонизации международных стандартов. Рассматриваются правовые основы процедуры передачи осужденных к лишению свободы для отбывания наказания в государство их гражданства, исполнения наказания без лишения свободы, применения условного осуждения или отсрочки, а также соблюдения прав осужденных. Особое внимание уделено роли международных договоров, российского законодательства, обмену информацией и практике уголовно-исполнительной системы Российской Федерации. Цель – анализ передачи осужденных как инструмента международного сотрудничества – достигается посредством решения задач, связанных с изучением правовых основ, процедур и проблем передачи. Методы: исторический, сравнительно-правовой, наблюдения и описания эффективности норм международного права, договоров Российской Федерации, уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Применены формальная и диалектическая логика, юридико-технический анализ и толкование норм. Результаты: анализ российского законодательства и практики показывает, что регламентация передачи осужденных повышает эффективность деятельности органов юстиции, прокуратуры и УИС на основе гуманизма и сотрудничества. Это обеспечивает защиту прав российских граждан за рубежом и иностранцев в Российской Федерации, а также оптимизацию исполнения наказаний с учетом интересов осужденных и государств. Выводы: необходимо совершенствовать уголовно-процессуальное законодательство для исключения подмены механизмов передачи, повышения гарантий прав потерпевших (участие в суде, обжалование решений) и адаптации к международным стандартам. Правовое регулирование должно обеспечивать законность, прозрачность, учет прав осужденных и сглаживание различий национальных законов, способствуя равным возможностям отбывания наказания в государстве гражданства. Introduction: the article considers the institution of transfer of convicts in the context of criminal and penal law. The relevance is due to the growth of transnational crime and the need to harmonize international standards. The legal framework, procedures for transferring persons sentenced to imprisonment to serve their sentences in their state of citizenship, execution of sentences without imprisonment, application of suspended sentences or postponement, as well as respect for the rights of convicted persons are considered. Special attention is paid to the role of international treaties, Russian legislation, information exchange and the practice of the penal system of the Russian Federation. Purpose: to analyze the transfer of convicts as a tool of international cooperation by determining legal foundations, procedures and problems of transfer. Methods: historical, comparative legal, observations and descriptions of the effectiveness of the norms of international law, treaties of the Russian Federation, criminal and criminal procedure legislation. Formal and dialectical logic, legal and technical analysis and interpretation of norms are applied. Results: the analysis of Russian legislation and practice shows that the regulation of the transfer of convicts boosts the effectiveness of justice, prosecutor’s offices and criminal justice on the basis of humanism and cooperation. This ensures protection of the rights of Russian citizens abroad and foreigners in the Russian Federation, as well as optimization of the execution of sentences, taking into account the interests of convicts and states. Conclusions: it is necessary to improve the criminal procedure legislation in order to exclude substitution of transfer mechanisms, increase guarantees of victims’ rights (participation in court, appeal of decisions) and adapt to international standards. Legal regulation should ensure legality, transparency, consideration of the rights of convicted persons and smoothing out differences in national laws, promoting equal opportunities to serve sentences in the state of citizenship.
Введение: в современном обществе все больше внимания уделяется вопросам защиты прав и свобод человека, в том числе и в местах лишения свободы. Одним из важнейших аспектов является обеспечение свободы вероисповедания, гарантированного Конституцией Российской Федерации. В связи с этим такое направление воспитательной работы, как религиозное воспитание осужденных, заслуживает особого внимания со стороны сотрудников в местах лишения свободы. Воспитательная работа с верующими осужденными является важным направлением деятельности пенитенциарной системы, способствующим их ресоциализации, формированию законопослушного поведения и духовно-нравственному развитию личности. В статье рассматриваются проблемы организации работы с верующими осужденными в пенитенциарных учреждениях. Проведен анализ ряда практических сложностей, возникающих при осуществлении религиозного воспитания в условиях изоляции, реализации религиозных прав и свобод осужденных. Предложены рекомендации по совершенствованию работы с верующими осужденными с учетом религиозной специфики и потребностей данной категории лиц. Цель: определить особенности, проблемы и пути совершенствования религиозного воспитания осужденных в местах лишения свободы. Методы: метод анализа литературных источников, психологический вербально-коммуникативный метод, анкетирование. Результаты: полученные данные позволяют сделать несколько важных выводов относительно характера религиозных потребностей осужденных: наблюдается относительный баланс между собственно религиозными запросами и потребностью в психологической поддержке; совокупность таких категорий, как духовные вопросы, коммуникация, семейные проблемы, составляет 77,1 % от всех обращений, что указывает на доминирование личностно-ориентированных, диалогических форм взаимодействия над формально-ритуальными или материальными аспектами религиозной практики; структура обращений отражает специфику условий лишения свободы, и религиозное окормление выполняет компенсаторную и терапевтическую функции. Организация религиозного воспитания должна опираться не только на приобщение к религиозным ценностям и удовлетворение прямых религиозных нужд, но и на готовность оказывать всестороннюю поддержку, затрагивая социальные, эмоциональные и семейные аспекты жизни осужденных. Выводы: осуществление религиозного воспитания в местах лишения свободы, уважение религиозных прав и свобод осужденных являются важным фактором, оказывающим содействие в формировании законопослушного поведения и духовно-нравственном развитии человека. Определены группы факторов, влияющих на эффективность воспитательной работы по духовно-нравственному сопровождению лиц, лишенных свободы: характер проблемы; личность подозреваемого, обвиняемого, осужденного; личность священника; организационные условия; системные факторы. Учет данных факторов будет способствовать совершенствованию форм и методов религиозного воспитания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, находящихся в условиях изоляции, а также созданию организационных условий для его осуществления. Introduction: in modern society, more and more attention is being paid to the protection of human rights and freedoms, including in places of deprivation of liberty. One of the most important aspects is ensuring religious freedom, guaranteed by the Constitution of the Russian Federation. In this regard, such an area of educational work as religious education of convicts deserves special attention. Educational work with religious prisoners is an important activity of the penitentiary system contributing to their re-socialization, formation of law-abiding behavior and spiritual and moral development. The article discusses problems of organizing work with religious convicts in penitentiary institutions. Practical obstacles to the implementation of religious education in conditions of isolation and the realization of religious rights and freedoms of convicts are analyzed. Recommendations are proposed for improving work with religious prisoners, taking into account the religious specifics and needs of this category of persons. Purpose: to identify the features, problems and ways to improve the religious education of convicts in places of deprivation of liberty. Methods: method of analysis of literary sources, psychological verbal and communicative method, questionnaire. Results: the data obtained allow us to draw several important conclusions regarding the nature of the religious needs of convicts. There is a relative balance between religious demands and the need for psychological support; the totality of categories such as spiritual issues, communication, and family problems accounts for 77.1% of all appeals, indicating the dominance of personality-oriented, dialogical forms of interaction over formal or material aspects of religious practice. The structure of appeals reflects the specifics of the conditions of imprisonment and religious care performs compensatory and therapeutic functions. The organization of religious education should be based not only on familiarization with religious values and satisfaction of direct religious needs, but also on the willingness to provide comprehensive support, affecting the social, emotional and family aspects of the life of convicts. Conclusions: religious education in places of detention and respect for religious rights and freedoms of convicts are an important factor contributing to the formation of law- abiding behavior and spiritual and moral development of a person. The following groups of factors influencing the effectiveness of educational work on the spiritual and moral support of persons deprived of liberty are identified: nature of the problem; personality of the suspected, accused, and convicted; personality of the priest; organizational conditions; and systemic factors. Taking these factors into account will contribute to improving forms and methods of religious education of suspected, accused and convicted persons in isolation, as well as creating organizational conditions for its implementation.
