«Школа варваров» немецкой писательницы, журналистки и активистки Эрики Манн (1905–1969) находится на пересечении нескольких жанров и академических школ. Эта книга может быть прочитана как литературное произведение, манифест или историческое свидетельство, однако, на мой взгляд, ее следует также рассматривать в контексте социологии образования. Манн размышляет о школе и авторитаризме, о том, как на первый взгляд консервативная и неповоротливая система стремительно меняется под влиянием политического давления. Для того, чтобы оценить вклад автора в дискуссию об образовании как части нациестроительства, следует определить основные направления исследований в этом поле. Текст на русском языке
В статье рассматривается насилие, с которым сталкиваются трансграничные мигранты в Сибири, анализируется его влияние на интеграцию приезжих и выходцев из мигрантской среды. Исследование построено на интервью, проведенных в 2019–2024 годах в Иркутске, Красноярске и Томске с приезжими из Закавказья и Центральной Азии. Выдвигаются гипотезы, описывающие, как разные формы насилия влияют на качество жизни мигрантов. Выделено три контекста, в которых тема насилия возникает чаще: в кругу семьи, на работе и в школе. Респонденты говорили преимущественно о насилии символическом, так что основное внимание в статье уделяется ему. Насилие во всех трех случаях может быть вызвано распространенным и в мигрантской, и в местной группах представлением о недопустимости смешения их атрибутов (язык, внешний вид, поведение). Оба сообщества рассматривали такое смешение как нарушение естественного порядка вещей. Насилие – чаще символическое, реже физическое – сопровождало интервенции, нацеленные на то, чтобы заставить объект либо отказаться от атрибутов чужой группы, либо устранить его. Наиболее уязвимыми оказываются представители второго поколения: они подвергаются интервенциям одновременно с двух сторон. Это особенно актуально для женщин, нередко занимающих более низкое, по сравнению с мужчинами, положение в иерархии выходцев из мигрантской среды. Насилие представляется фактором, препятствующим интеграции мигрантов в России, хотя в некоторых случаях его влияние неоднозначно. Насилие внутри мигрантской группы может выталкивать представителей второго поколения за ее пределы, заставляя теснее взаимодействовать с принимающим сообществом, в котором они могут видеть альтернативу существующим в собственном сообществе иерархий. При этом такое насилие может значительно повышать издержки усвоения поведенческих норм и иных атрибутов принимающей группы. Насилие со стороны принимающего сообщества может сформировать субъективное ощущение чуждости, которое, в свою очередь, может привести к решению покинуть страну. Статья на русском языке
This article examines how residents of Armenia's border communities in Tavush and Syunik provinces narrate, experience, and reshape life near contested borders in the aftermath of the Nagorno-Karabakh conflicts (1988-2020). Drawing on 20 narrative interviews conducted in 2023, the study analyzes how local perceptions of space, identity, and security are transformed under shifting geopolitical conditions. While Tavush residents actively shaped vernacular borders through grassroots defense and memory, Syunik communities faced sudden external impositions following the 2020 war between Armenia and Azerbaijan, leading to disempowerment and spatial disruption. Using the concepts of heterotopia and vernacular bordering, the study shows how borders are not fixed lines but lived, affective spaces, simultaneously sites of vulnerability and identity construction. It also further highlights how border proximity reorganizes everyday routines, mobility, and moral geographies, revealing uneven configurations of local agency and externally imposed governance. This narrative-based approach contributes to broader borderland studies by offering a grounded, comparative perspective on post-Soviet bordering and the enduring agency of marginalized communities.
Калининградская область – это исторический палимпсест. Под советской застройкой здесь до сих пор обнаруживают немецкие руины, а в очертаниях городских кварталов прослеживается средневековый план Кенигсберга. Книга Николь Итон не об архитектурных загадках. Она о том, как один и тот же клочок балтийского побережья стал полигоном для двух жестоких утопических проектов XX века, и о миллионах оказавшихся между ними людей. Восточная Пруссия – единственный регион, которым режимы Гитлера и Сталина последовательно управляли не как оккупационной зоной, а как своей неотъемлемой территорией, что делает его идеальной лабораторией для изучения природы диктатур. Текст на русском языке
Одной из ключевых проблем системы здравоохранения в Казахстане остается институционально не реализованный потенциал врачей общей практики. Предполагалось, что врач общей практики – универсальный специалист, сочетающий профилактическую, диагностическую и лечебную работу. Он должен был стать центральной фигурой в системе первичной медицинской помощи. Однако эта модель натолкнулась на ряд системных препятствий: снижение профессионального престижа, дефицит кадров, отсутствие устойчивой институциональной поддержки. В медицинском сообществе и среди пациентов укоренилось восприятие врачей общей практики как посредников – «регистраторов», которые не лечат, а лишь направляют пациентов к так называемым узким специалистам. Основой статьи стали интервью и материалы невключенного наблюдения в поликлиниках Алматы и Астаны (Казахстан). Авторы анализируют, как в условиях институционального давления и профессиональной уязвимости врачи общей практики стремятся сохранить и переопределить свое понимание профессионализма. В их интерпретации врачебная экспертиза выходит за рамки сугубо клинической автономии, включая бюрократические и административные функции. Рутинные задачи (оформление направлений, маршрутизация пациентов, работа с цифровыми платформами) осмысляются не как помеха, а как важная часть профессиональной идентичности. Бюрократическая нагрузка становится основой символического авторитета. Врачи общей практики пересматривают свою профессиональную роль и находят новые стратегии: кооперируются с другими врачами, сохраняя контроль за маршрутом пациента; осваивают дополнительные специализации (особенно в частных клиниках, где трудовые отношения организованы более гибко). Таким образом, представление о профессионализме врача общей практики в постсоветском Казахстане связано не с «универсальностью», как это предполагалось в процессе реформ, а с присвоением бюрократических функций и гибридизацией занятости. Контроль над содержанием и организацией собственного труда (даже если он преимущественно административный) становится источником профессиональной автономии и способом сопротивления внешнему управлению. Статья на русском языке
Конфликт между позитивным законом и совестью – один из центральных нормативных конфликтов модерна. «Юридизация» совести в христианской традиции, как показал Паоло Проди в монументальной «Истории справедливости», порождает внутренний «трибунал совести», который с наступлением Нового времени вступает во все более напряженные отношения с внешним правовым порядком (Проди 2017). Секуляризация этого конфликта открыла пространство для различных попыток примирить автономию совести с требованиями позитивного права. Само это напряжение, однако, никуда не исчезло: оно остается структурной проблемой модерна. Текст на русском языке
«Футбол – это никогда не просто футбол». С таких слов начинается работа американского исследователя Лэрри Холмса «Победа любой ценой: советский футбол в Москве и регионах, 1921–1985», посвященная советскому футболу. В отличие от уже имеющихся исследований по этой теме – например, монография Роберта Эдельмана «Московский “Спартак”» ([2009] 2025) – в центре внимания настоящей книги находится провинциальный клуб спортивного общества «Динамо» из города Кирова. Текст на русском языке
In 1963 the legendary broadcast reporter and American statesman Edward R. Murrow said, “The real crucial link in international exchange is the last three feet, which is bridged by personal contact, one person talking to another.” In his book, Douglas C. Nord invites readers to focus on these “three feet” of international relations—what we now broadly call people-to-people diplomacy. Today the world once again finds itself searching for ways out of international political entanglements and diplomatic gridlock, seeking to ease tensions and reestablish meaningful dialogue. When discussing the current state of US-Russian relations, political analysts often invoke the Cuban Missile Crisis of 1962 as a kind of “tuning fork” against which to gauge the tone of communication between the two major world powers, as well as the level of tension in the complex instrument known as “track 1 diplomacy”—official governmental international dialogue conducted by professional diplomats. As the current state of world politics makes us once again turn to the infamous “tuning fork” to analyze the level of international tensions, Nord’s book provides examples of how people-to-people diplomacy could be used for “keeping the peace when it matters too much to be left to politicians,” as Don Carlson and Craig Comstock (1986) put it in the subtitle of their study of “citizen summitry.” Text in English
В статье представлен анализ нарративов о травмах и их роли в конструировании и поддержании профессиональной идентичности артистов балета. Эмпирическую базу исследования составили восемь полуструктурированных интервью с артистами балета – как действующими танцовщиками, так и теми, кто завершил карьеру вследствие травм, – кейс-стади и автоэтнография. Исследование начинается с уточнения категории травмы. Танцовщики относят к травмам далеко не любые телесные повреждения: разграничение проводится на основании обстоятельств получения повреждения, а также степени и характера боли. Основной фокус работы направлен на то, как в повествовании о физических повреждениях артисты балета конструируют и поддерживают профессиональную идентичность, представляя травму не только как препятствие работе. В нарративах о травмах танцовщики обращаются к осмыслению отношения к боли и профессии, роли социальных связей в формировании этих отношений, а также влияния педагога на выбор стратегий лечения. Разговор о травме и ее лечении заставляет танцовщика отвечать на вопросы о том, каково это – быть артистом балета и каким артистом балета нужно быть: боль, травмы, их переживание и лечение в нарративах могут выступать маркерами опытности, «осознанности» и профессионализма. Биомедицинский дискурс, потенциально определяющий требования к физическим параметрам и здоровью артистов, оказывается переплетен с канонами классического танца и нормами данного профессионального сообщества. Статья на русском языке
This book is the result of almost two decades of historical-sociological research into how Soviet/Russian economists worked in the final years of the Soviet Union and the post-Soviet period and how they shaped economic policy during a time of profound political, institutional, and intellectual transformation. Drawing on extensive archival material, interviews, and secondary sources, Olessia Kirtchik reconstructs the professional environment of Soviet and Russian economists and situates their activities within the broader social structures of state socialism and its aftermath. Text in English
Анна Шадрина хорошо известна российским исследователям, работающим в области gender studies. Ее книги «Не замужем: секс, любовь и семья за пределами брака» (2014) и «Дорогие дети: сокращение рождаемости и рост “цены” материнства в XXI веке» (2017) получили широкую известность и часто обсуждались на различных научных семинарах и конференциях. В 2025 году в издательстве UCL Press вышла в свет новая книга Шадриной «The Babushka Phenomenon: Older Women and the Political Sociology of Ageing in Russia» (Феномен бабушки: пожилые женщины и политическая социология старения в России), посвященная пожилым российским женщинам. Слово babushka в названии не должно вводить читателя в заблуждение: речь идет не о женщинах, имеющих внуков, а обо всех пожилых женщинах, которых в современной России принято обобщенно называть «бабушки». Текст на русском языке
Совсем недавно в (пост)советские исследования пришли постколониальные теории, а история и современность стали все чаще рассматриваться в их рамке, привлекающей к пониманию (пост)социалистического «второго мира» примеры и сравнения с «третьим миром». С одной стороны, череда такого рода публикаций и переводов на русский язык вызывает энтузиазм у некоторых ученых, увидевших в этом сравнении возможность выйти из региональной изоляции и использовать уже апробированные и признанные концептуальные формулы из аналитического багажа постколониальных теоретиков. С другой, такое вторжение новой теории в исследования советского периода одновременно рождает недоумение и протесты у тех обществоведов, для кого это выглядит угрозой потери уникальности советского опыта, его игнорирования и маргинализации в мировой академии. Эти споры решают вопрос о будущем (пост)советских исследований: сохранятся ли они в форме отдельной большой дисциплины или же распылятся между многочисленными тематическими studies. Текст на русском языке
Рецензируемый сборник посвящен формированию цифрового авторитаризма в России начиная с 1990‑х годов. Исследования, проведенные с 2018 по 2022 годы, предлагают анализ событий и процессов, которые привели к становлению политики «цифрового суверенитета». Это понятие трактуется как исторически складывающийся, конфликтный и противоречивый процесс, формирующийся на пересечении правовых режимов, инфраструктурных решений, экономических интересов, профессиональных практик и репрессивных механизмов. В условиях войны, усиления цензурных режимов и криминализации онлайн-активности анализ и документация этих трансформаций приобретают не только академическое, но и политическое значение. Текст на русском языке
Последняя монография Олега Хлевнюка затрагивает проблематику повседневного функционирования советского государства в позднесталинское время, особенно сосредотачиваясь на феномене теневой экономики и коррупционных практиках. Это кропотливое исследование необычного и парадоксального явления – масштабной самозванческой структуры, вполне успешно действовавшей в течение четырех лет под видом государственного строительного ведомства в репрессивном и, казалось бы, вездесущем государстве с его бюрократически контролируемыми общественной и экономической системами. Текст на русском языке
Статья посвящена истории представительной организации инвалидов Первой мировой войны, существовавшей в период 1917–1918 годов. Политические изменения, вызванные Февральской революцией 1917 года, переформатировали прежние способы получения социальной помощи. Увеличивавшаяся в годы Первой мировой войны социальная группа военных инвалидов, ранее являвшаяся объектом заботы благотворительных организаций, со свержением монархии получила возможность заявить о своих потребностях. Наравне с государственными институтами помощи, в июне 1917 года по итогам I Всероссийского съезда увечных воинов был создан Всероссийский Союз увечных воинов с Центральным комитетом в Петрограде и отделениями (союзами) на местах. Фокус на деятельности Союза позволяет изменить взгляд на инвалидное сообщество, традиционно предстающее объектом социальной политики, и рассматривать его как политический субъект, в столичном и региональном масштабе не только стремившийся к институционализации и активно заявлявший о своих правах, но и производивший собственные значения о том, кто такой военный инвалид. С опорой на предложенное лингвистом Норманом Фэркло понимание дискурса как семиотического расширения социальной практики и сохранившиеся в фонде Центрального комитета Союза увечных воинов материалы (входящую и исходящую корреспонденцию, переписку с местными союзами, протоколы заседаний правления Центрального комитета, а также документы всероссийских и местных съездов) в статье показывается, как в коммуникации центрального института, региональных союзов и органов власти производился дискурс о военной инвалидности, как проявлялась специфичность региональных опытов в этих коммуникациях и какое значение имели региональные формирования в борьбе Союза за сохранение авторитетной позиции в деле помощи военным инвалидам. Статья на русском языке
Статья посвящена исследованию позднесоветского одиночества и организационным решениям по его преодолению. Автор обращается к изучению конституирующих одиночество сетей социальных отношений, материальных артефактов, опосредовавших установление контактов между одинокими людьми, а также составу социотехнических инфраструктур, задававших маршруты движений людей, вещей и информации. Открытие одиночества в качестве актуальной для СССР социальной проблемы, произошедшее в ходе газетных дискуссий 1970–1980-х годов, обнаружило ее пространственную укорененность. Социальное явление описывалось участниками публичных обсуждений как проблема, имеющая специфические места географической концентрации (современные города, «города невест», «Север»), что привело в позднем СССР к выработке комплексных топологических решений для ее преодоления. Из множества мер борьбы с одиночеством автором были рассмотрены вечера общения «Для тех, кому за 30», брачные объявления и службы знакомств. В статье описаны процесс возникновения вечеров общения и особенности их пространственного и темпорального устройства, продемонстрирован принцип их функционирования, позволявший адаптировать культурно-массовые мероприятия к задаче модерирования знакомства одиноких, и отмечено влияние таких вечеров на превращение домов культуры в центры противостояния одиночеству. Появление в позднесоветский период брачных объявлений в советской прессе рассмотрено как результат культурного трансфера, а сами они описаны в качестве опосредующей социальной технологии, предварявшей личную встречу. Определено влияние материальности коммуникации, позволявшей устанавливать контакты между одиночками из разных концов Советского Союза, на организацию связности. Служба знакомств рассмотрена как учреждение, сочетавшее в себе ранее существовавшие технические решения, к которым добавлялась картотека анкет, описанная как репозиторий одиночества, и показана роль ЭВМ и стационарного телефона в обеспечении контактов одиноких. В заключение делается вывод о возникновении проблемы одиночества и ее решениях как о маркерах качественных изменений советской социальности. Учреждения и социальные технологии, направленные на борьбу с одиночеством, координировали человеческие судьбы, побуждая к мобильности и устраняя тем самым пространственные и временны́е разрывы поздней современности. Источниками исследования выступили материалы центральной и местной прессы, письма одиноких людей из фондов «Литературной газеты», стенограммы экспертных совещаний в редакции, воспоминания, художественная литература и документальный фильм «Разрешите познакомиться» (реж. Николай Боронин, 1976) о первых попытках организованного преодоления одиночества. Текст на русском языке
Алексей Конаков – поэт, литературный критик, автор очерков о неофициальной литературе позднего СССР («Вторая вненаходимая», 2017) и экспериментальной прозы, так или иначе работающей с категорией «невероятного» («Дневник погоды (дисторшны)», 2023; «Табия тридцать два», 2024). В рецензируемой книге «невероятное» – предмет культурологического исследования. Ключевой термин заимствован из названия телепередачи «Очевидное – невероятное», популярной в 1970–1980-е годы. Речь идет о том, как в культуре позднего социализма формировался и поддерживался интерес к таким способам описания социальной реальности, которые тестируют пределы нормативного («очевидного») знания и делают видимым «паранормальное», «аномальное», «невозможное». Текст на русском языке
Книга Зузанны Богумил и Татьяны Ворониной укоренена в современном российском культурном и политическом контексте. Описывая ритуалы, места и практики увековечения памяти о людях, погибших в годы массовых репрессий и Великой Отечественной войны, авторы закручивают интригу, касающуюся специфики формирования памяти о социальных катастрофах в период СССР. Текст на русском языке
Анализ взаимоотношений между культурно-ценностными ориентирами и легитимностью политической власти в России представляет собой актуальную тему. Рецензируемая книга отражает не только академический интерес ее составителей, но отвечает на значимые вопросы о природе консервативного поворота в России, наблюдаемого в период правления Владимира Путина. Авторы сборника предлагают рассмотреть эту проблему через инструментализацию традиционных ценностей, которые наполняются различными смыслами и используются для оправдания выбранного политического курса. Изменения, происходящие во внутренней и внешней политике страны, находят свое отражение в механизмах консолидации российского общества вокруг консервативных антизападных настроений, поддерживаемых политической элитой. Отличительная черта сборника заключается в том, что его авторы ставят в центр внимания не только анализ содержания традиционных ценностей, но и описание способов по воспроизводству и закреплению их в обществе. Текст на русском языке
В октябре 2024 года Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев) направил письмо беременным женщинам, участвующим в проекте «Здравствуй, мама!», направленном на сокращение количества абортов в регионах России. У российского читателя, вероятно, не вызовет удивления письмо, в котором проявляется смешение христианского дискурса с биополитическим. Подобную ситуацию в рамках науки о религии принято относить к «постсекуляризму», которому, как пишет религиовед Дмитрий Узланер, свойственна «размытость, текучесть, когда устоявшиеся границы, константы и определения, касающиеся религии/светского, оказываются подвешенными, поставленными под сомнение» (2020:130). По мнению социолога Кристины Штекль, в российском контексте можно говорить о существовании «гражданской религии» (см. Stoeckl 2020), под которой понимается совместное с государством производство смыслов и контроль над гражданами со стороны Русской православной церкви (РПЦ). В этом процессе формируется единый набор так называемых традиционных ценностей, нередко включающих антизападные, антимодернистские и недемократические установки. Исследованию проявлений постсекуляризма в биополитике российского государства посвящена новая монография профессора русистики университета Осло (Норвегия) Пола Колсто «Family, Sex, and Faith: The Biopolitics of the Russian Orthodox Church». Текст на русском языке
