В статье анализируется проблема блокировки смены поколенческих ролей в семье – сукцессии. На основе категориально-системного подхода В.В. Казаневской выделены два уровня сукцессионной динамики: феноменологический (ротация как событие изменения состава семьи) и категориальный (интеграция как процесс адаптации к новой роли через механизм обратного информационного отображения). Выявлены факторы, блокирующие каждый из уровней: со стороны системы и со стороны субъекта, на этапе входа / выхода и на этапе появления / утраты семейной роли. Предложена авторская двухуровневая модель сукцессионной динамики в семье. На основе таких модусов – направление ролевого движения и сторона, остающаяся неизменной, – построена типология нарушений спецификации. Показана независимость уровней модели: возможны расхождения между принятием изменения состава семьи и принятием новой роли. Сформулированы прогностические последствия каждого типа нарушений для семейной системы. Резюмируется, что успешность сукцессии требует согласованного принятия изменений на обоих уровнях со стороны системы и субъекта, в отношении границ семьи и смены ролей. Новизна исследования, результаты которого описаны в статье, состоит в том, что впервые: сукцессия рассмотрена как двухуровневый процесс, различающий феноменологический уровень ротации и категориальный уровень интеграции; предложена типология нарушений спецификации, дифференцирующая системную и субъектную дисфункции при появлении или утрате роли; выявлена независимость двух уровней, позволяющая диагностировать расхождения между принятием изменения состава семьи и принятием новой роли; сформулированы прогностические последствия каждого типа нарушений для семейной системы. The article analyzes the problem of blocking the change of generational roles in the family – succession. Based on the categorical-systemic approach of V.V. Kazanevskaya, two levels of succession dynamics are identified: phenomenological (rotation as an event of a change in family composition) and categorical (integration as a process of adaptation to a new role through the mechanism of reverse information display). The factors blocking each of the levels have been identified: from the side of the system and from the side of the subject, at the stage of entry / exit and at the stage of appearance / loss of the family role. The author's two-level model of succession dynamics in the family is proposed. Based on such modes – the direction of the role movement and the side that remains unchanged – a typology of violations of the specification is constructed. The independence of the model levels is shown: there may be discrepancies between accepting a change in family composition and accepting a new role. The prognostic consequences of each type of disorder for the family system are formulated. It is summarized that the success of succession requires a coordinated acceptance of changes at both levels on the part of the system and the subject, in relation to family boundaries and role reversal. The novelty of the study, the results of which are described in the article, is that for the first time: succession is considered as a two-level process that distinguishes the phenomenological level of rotation and the categorical level of integration; a typology of specification violations is proposed that differentiates systemic and subjective dysfunctions with the appearance or loss of a role; the independence of the two levels is revealed, which makes it possible to diagnose discrepancies between the acceptance of a change in family composition and the adoption of a new role; the prognostic consequences of each type of disorder for the family system are formulated.
Context and relevance. Modern childhood is undergoing large-scale institutional and social transformations. Despite a substantial body of research, there remains a lack of comprehensive empirical studies that juxtapose the macro-level of institutional change with the micro-level of subjective experiences of children and parents. Objective. This study draws on an institutional approach to the analysis of childhood and a socio-constructivist understanding of growing up as a process shaped by the interaction of structural conditions and subjective experience. The aim is to identify key trends reflecting structural transformations in the inclusive education system and subjective assessments of growing up. Hypothesis. Social position (parent vs. child) and the experience of vulnerability are significant factors that differentiate the assessment of the growing-up process. Methods and materials. The empirical data was derived from an all-Russian online survey of children and young adults (N = 2279), parents (N = 1011), and specialists (N = 324) conducted in May—June 2025, as well as official statistics from the Ministry of Education of the Russian Federation and the Federal State Statistics Service for 2020—2025. The study employs descriptive and comparative analysis. Results. Statistical analysis reveals an increase in the number of children with disabilities amid an overall decline in the child population, the expansion of inclusive education models, and a shift in the structure of specialized educational institutions. The findings indicate that children's perception of growing up is emotionally ambiguous, while parents demonstrate higher levels of anxiety. Conclusions. The results highlight the need for a comprehensive analysis of childhood that integrates both institutional and subjective levels. These findings provide a foundation for future research and can inform the development of support measures for children and families.
Internet memes have become a dominant form of digital communication, yet their neurophysiological underpinnings remain largely unexplored, particularly with regard to dark humor – jokes that violate social norms. This study aimed to identify EEG beta-band oscillatory signatures associated with the perception of neutral memes, dark memes, and non-humorous control stimuli matched for visual structure. Thirty-one healthy volunteers viewed 90 stimuli (30 per category) while 64-channel EEGs were recorded. After each stimulus, participants rated valence, arousal, understanding, relevance, and offensiveness. Time-frequency analysis using Morlet wavelets focused on beta-band in the dorsolateral prefrontal cortex (PFC) and the right temporoparietal junction (TPJR). Behaviorally, dark memes were rated as the most offensive and required longer response times for emotional ratings. Both meme categories elicited higher beta1 power in the PFC compared to controls. Crucially, dark memes induced significantly greater beta2 power in the TPJR relative to neutral memes, with a late (4–4.3 s) beta2 cluster distinguishing the two meme types. These findings suggest that beta1 activity in the PFC indexes general incongruity resolution during meme processing, whereas late beta2 synchronization in the fronto-temporo-parietal network reflects the integration of humor with socially inappropriate content, providing a neurophysiological basis for the processing of offensive humor.
Техника «Улыбка лбом» представляет собой упражнение, входящее в состав авторской программы «Эмоциональная механика», разработанной Алексеем Алексенцевым и направленной на развитие навыков эмоциональной саморегуляции и управления внутренними состояниями через работу с телом. В работе представлены результаты пилотного психофизиологического исследования, целью которого была предварительная объективная оценка изменений функционального состояния организма при выполнении техники. В исследовании приняли участие 12 добровольцев. Во время экспериментальной сессии регистрировались электроэнцефалограмма (ЭЭГ), электромиография (ЭМГ) лобной, круговой мышцы глаза и большой скуловой мышцы, фотоплетизмограмма (ФПГ) и кожно-гальваническая реакция (КГР). Сравнивались состояния «Нейтральное» и «Улыбка лбом»; дополнительно для периферических показателей анализировалось условие «Обычная улыбка». Статистический анализ выполнялся с использованием смешанных линейных моделей и кластерных пермутационных тестов для ЭЭГ. Наиболее устойчивые эффекты были выявлены на уровне ЭЭГ: в состоянии «Улыбка лбом» наблюдалось снижение мощности в низкочастотных диапазонах (1–4,5 Гц и 5–7 Гц) по сравнению с нейтральным состоянием, а анализ FOOOF показал уменьшение апериодических параметров спектра. Для периферических показателей после коррекции на множественные сравнения статистически значимыми оставались изменения ЭМГ круговой мышцы глаза и большой скуловой мышцы; показатели вариабельности сердечного ритма (RMSSD и SDNN) демонстрировали тенденцию к снижению и не достигали формального уровня значимости. Обычная улыбка вызывала существенно более выраженный периферический ответ (повышение ЧСС и усиление мимической активности), чем «Улыбка лбом». Полученные данные могут указывать на состояние мягкой активации или умеренной внутренней мобилизации. Исследование носит пилотный характер и не позволяет делать выводы о клинической или терапевтической эффективности метода; для подтверждения результатов необходимы исследования на расширенных выборках и независимая репликация.
Context and relevance. In this paper, coping behavior of convicted individuals is examined through the lens of stigmatization as a key stress factor. Social identity acts as a dual mechanism determining the choice of coping strategies: it can serve as a resource that mitigates the effects of stigmatization, or as a factor that reinforces destructive behavioral patterns. Objective. To present a theoretical analysis of the role of social identity in the processes of coping with stigma-related stress in the penitentiary environment. Theoretical framework. Stigmatization is conceptualized as a form of identity threat that triggers processes of cognitive appraisal and coping. Social identity, following H. Tajfel's definition, is understood as the individual's knowledge of their membership in social groups, combined with the emotional and value significance attached to that membership. The stigmatization model is integrated into a modified transactional model of stress. Results. It is demonstrated that convicted individuals, as a stigmatized group, face a dual challenge: external stigma and internal self-stigmatization. Identification with the group of convicted individuals can perform both a "healing" and a "cursing" function. Concealable stigma creates an additional stressor context associated with the need to manage information about one's group membership. Conclusions. The problem of integrating the construct of stigmatization into research on coping behavior of convicted individuals is formulated, and directions for addressing it are proposed, with an emphasis on the multiplicity of social identities and the quality of group ties as a buffering mechanism. The novelty of the proposed approach is substantiated, lying in the integration of a modified coping-with-identity-threats model and a multiple-identity model to explain the choice of coping strategies in the penitentiary environment.
