Цель. Оценить клиническое значение некоторых параметров ультразвукового исследования (УЗИ) в диагностике «трудных дыхательных путей» у пациентов в периоперационном периоде. Материал и методы. В исследовании приняли участие взрослые пациенты (n=30). Измерение проводилось при помощи аппарата УЗИ Logiq C5 (GE Healthcare, США). В основную группу (n=8) вошли пациенты, у которых была подтверждена трудная интубация, что отражено в соответствующей медицинской документации. В группу контроля (n=22) были включены пациенты без выявленных «трудных дыхательных путей». Результаты. Пол и возраст не коррелирует с трудной интубацией. Более высокие баллы по шкале Маллампати и индекса трудной интубации статистически значимо связаны с трудной интубацией. Расстояние от кожи до надгортанника, расстояние от кожи до подъязычной кости и толщина языка, измеренные с помощью УЗИ аппарата, – независимые предикторы трудной интубации. Выводы. Ультразвуковая диагностика – довольно точный и перспективный метод исследования трудных дыхательных путей.

Введение. В настоящее время все большую популярность обретают внутрисуставные инъекции аутоплазмы, обогащенной тромбоцитами (Platelet-Rich Plasma, PRP), как технически простой и эффективный консервативный метод терапии остеоартрита. Однако представленный нами клинический случай демонстрирует, что данная процедура может привести к развитию серьезных осложнений. Цель исследования. Представить описание клинического случая, в котором инъекции PRP привели к развитию генерализованной инфекции с исходом в гнойный полиартрит, эпидурит и сепсис у пациентки с предшествующей одонтогенной инфекцией. Материал и методы. Проанализированы клинические проявления, результаты лабораторных и инструментальных исследований, данные анамнеза и медицинской документации. Результаты. После внутрисуставной инъекции PRP у пациентки развился гнойный полиартрит и спондилодисцит с исходом в гнойный эпидурит и сепсис. У пациентки выявлено обширное кариозное поражение зубов, что послужило причиной транзиторной бактериемии, а инъекции PRP поспособствовали переносу инфекции из крови в полости суставов. Выводы. Перед проведением внутрисуставных инъекций PRP пациент должен быть тщательно обследован на предмет наличия инфекции.

Актуальность проведенного обзора обусловлена все большим развитием ультразвукового исследования (УЗИ) и его роли в анестезиологической практике, в частности как метода прогнозирования трудных случаев интубации дыхательных путей. Цель. Провести анализ литературы по клиническому значению параметров УЗИ для диагностики трудной интубации. Материал и методы. Проанализированы 33 литературных источника. Результаты. Получены сведения о наличии в анестезиологической практике ряда параметров УЗИ, в той или иной степени обладающих прямой зависимостью от трудной интубации. Выводы. На основе исследований установлено, что по отдельности некоторые параметры УЗИ обладают довольно высокой чувствительностью в предсказывании трудной интубации, но при сочетании нескольких – их эффективность как предикторов проблем в обеспечении протезирования дыхательных путей значительно возрастает, и в некоторых случаях данные методы – прогностически более ценные, чем модифицированная шкала Маллампати и шкала Кормака-Лехана.

В исследовании проанализировано применение байесовского подхода для контроля эффективности терапии ванкомицином у пациентов с сепсисом. Для расчета фармакокинетических параметров на основе байесовского подхода использовалось бесплатное приложение с открытым исходным кодом VancoCalc. Оценена концентрация в плазме ванкомицина у 14 пациентов с сепсисом, на основании полученных данных рассчитано значение AUC/MIC. Исследование показало, что при рутинном назначении стандартной дозы ванкомицина в 2 г в сутки только у 28,6% из 14 пациентов соотношение AUC/MIC соответствует рекомендуемому диапазону 400-600 мкг*ч/мл. У 14,3% пациентов этот показатель был ниже, что означает низкую эффективность антибактериальной терапии, а у 57,14% – выше нормы, что несет в себе риски развития острого повреждения почек. Таким образом, общепринятая стартовая доза ванкомицина эффективна только у 28,6% пациентов. Для повышения эффективности и снижения рисков не рекомендуется рутинное назначение стандартной дозы препарата, рекомендуется индивидуальный подбор дозы на основе расчета AUC/MIC с использованием байесовского подхода.

Частота развития инфекционного эндокардита (ИЭ) составляет 13,8 случая на 100 тыс. населения в год, а смертность от ИЭ – 0,87 случая на 100 тыс. населения в год и характеризуется восходящим трендом в большинстве стран в мире. Один из основных критериев для постановки диагноза – данные кардиовизуализации, свидетельствующие в пользу ИЭ, среди которых трансторакальная эхокардиография (ЭхоКГ) признана способом визуализации первого выбора. Отрицательный результат ЭхоКГ, неинформативное исследование или сомнительные данные затрудняют диагностику ИЭ и могут быть причиной позднего начала лечения, обуславливая неблагоприятный прогноз. В приведенном клиническом случае представлен опыт диагностики и успешного лечения ИЭ миксоматозно-измененного митрального клапана, осложненного кардиогенным и септическим шоком с полиорганной недостаточностью.

Внутрибрюшное давление редко измеряется по умолчанию у пациентов отделения интенсивной терапии. Внутрибрюшная гипертензия и абдоминальный компартмент-синдром вносят значительный вклад в развитие мультиорганной недостаточности у пациентов в критическом состоянии, связаны со значительной заболеваемостью и смертностью. В данной статье рассмотрены и проанализированы причины, особенности механизмов патофизиологии повышения внутрибрюшного давления, а также современные аспекты диагностики и лечения пациентов с абдоминальным компартмент-синдромом.

Эндотрахеальная интубация – один из наиболее важных навыков анестезиолога-реаниматолога при обеспечении проходимости дыхательных путей во время общей анестезии и реанимации. Возникновение непредвиденной трудной интубации связано с риском для жизни пациентов, поэтому необходима объективная количественная предоперационная оценка дыхательных путей, чтобы избежать данной проблемы. В приведенном клиническом случае описана современная ультразвуковая диагностика трудной интубации, которая может оказаться более перспективным и более точным методом по сравнению со стандартной модифицированной шкалой Маллампати.

Актуальность проведенного обзора обусловлена сохраняющейся проблемой отлучения пациентов, находящихся на аппаратах искусственной вентиляции легких длительное время. Цель. Проведение литературного анализа для обобщения результатов современных исследований по изучению сонографических параметров, позволяющих оценить диафрагмальные функции для прогнозирования успешного отлучения пациентов от искусственной вентиляции легких. Материал и методы. Проанализированы 33 русскоязычных и англоязычных источника. Результаты. Подробно рассмотрены следующие ультразвуковые показатели диафрагмы: экскурсия диафрагмы, фракция утолщения диафрагмы, диафрагмальный индекс быстрого поверхностного дыхания, время достижения пиковой амплитуды диафрагмы на вдохе. Выводы. Умение вовремя диагностировать дисфункцию диафрагмы с помощью ультразвукового исследования минимизирует риск развития дыхательной и сердечной недостаточности. В настоящее время существуют методы стимуляции диафрагмальной мышцы для ускорения восстановления утраченных функций.

Актуальность проведенного обзора обусловлена ролью оксигенотерапии как одного из наиболее важных методов лечения пациентов с разными патологиями дыхательной системы. Цель. Провести анализ литературы по клиническому значению медицинского кислорода, а также роли оксигенотерапии при пандемии COVID-19. Материал и методы. Проанализировано 45 литературных источников. Результаты. Получены сведения о важной роли кислородотерапии в лечении заболеваний разной нозологии как в хирургической практике, так и в терапевтической, особенно в период пандемии COVID-19. Выводы. На основе клинических наблюдений установлено значимое влияние оксигенотерапии как компонента комплексной терапии у пациентов с разными патологиями дыхательной системы и респираторной недостаточностью.

Цель. Провести сопоставительный анализ показателей степени чувствительности/резистентности микробной флоры к антибактериальным препаратам и различий в исходах сепсиса у пациентов с повреждением головного мозга. Материалы и методы. В исследование включены 40 пациентов (мужчин – 23, женщин – 17, средний возраст – 50,43±2,84 года) в период после 6 недель после завершения острого и острейшего периодов черепно-мозговой травмы (ЧМТ) и острого нарушения мозгового кровообращения (ОНМК), в том числе 8 человек с последствиями ЧМТ (n=8; 20%), 12 человек с последствиями ОНМК (n=12; 30%), 11 человек с последствиями аноксического повреждения головного мозга (n=11; 27,5%), 9 человек с последствиями субарахноидального кровоизлияния (n=9; 22,5%). Все пациенты были с установленным диагнозом «сепсис». Установлена значимость результатов исследования микробиологических паттернов для оценки прогноза развития у пациентов септического состояния на основании определения показателей чувствительности/резистентности микробной флоры к антибактериальным препаратам у выживших и умерших от сепсиса пациентов: 1) проведена оценка чувствительности к антибактериальным препаратам c определением числа случаев чувствительности/ резистентности в группах пациентов (резистентность/нет чувствительности – принималось буквенное обозначение в антибиотикограмме R – устойчив; есть чувствительность – сюда отнесено буквенное значение в антибиотикограмме S – чувствителен и I – умеренно чувствителен); 2) оценен показатель МИК – минимальная ингибирующая концентрация антибактериальных препаратов в мг/л. Результаты. Достоверных различий в группах выживших и умерших пациентов по случаям чувствительности/резистентности культур микробной флоры из трахеобронхиального аспирата и мочи к 20 тестируемым антибактериальным препаратам не найдено. Заключение. Анализ показателей чувствительности/резистентности отдельных патогенов микробной флоры трахеобронхиального аспирата и мочи у пациентов с различными исходами сепсиса к использованным антибактериальным препаратам не выявил статистически достоверных различий, что позволяет предполагать отсутствие связи между проявлениями антибиотикоустойчивости микробной флоры и исходами сепсиса у пациентов, находящихся в хроническом критическом состоянии. Purpose. To perform a comparative analysis of microbial flora sensitivity/resistance indicators against antibacterial drugs and of differences in sepsis outcomes in patients with brain damage of various etiologies. Materials and methods. The study included 40 patients (23 men, 17 women, mean age 50.43±2.84 years) in the period after 6 weeks after acute and peracute periods of traumatic brain injury (TBI) and acute stroke (AS), including 8 subjects with TBI consequences (n=8; 20%), 12 subjects with AS consequences (n=12; 30%), 11 subjects with anoxic brain damage consequences (n=11; 27.5%), and 9 subjects with subarachnoid hemorrhage consequences (n=9; 22.5%). All patients were diagnosed with sepsis. The significance of findings of microbiological patterns analysis for assessing the prognosis of their septic condition based on microbial flora sensitivity/resistance to antibacterial drugs indicators in patients survived and deceased from sepsis was established, namely: 1) assessment of sensitivity against antibacterial drugs was performed with determining the number of cases of sensitivity/resistance in patient groups (resistance / no sensitivity was assigned with the letter R (Resistant) in antibiotic susceptibility testing; sensitivity was assigned with the letter S (Sensitive) in antibiotic susceptibility testing; and intermediate sensitivity was assigned with the letter I (Intermediate); 2) determination of MIC (minimum inhibitory concentration of antibacterial drugs in mg/L) was performed. Results. No significant differences were found between surviving and deceased patient groups in terms of cases of sensitivity/resistance of microbial flora cultures from tracheobronchial aspirate and urine to 20 antimicrobial agents being tested. Conclusion. Analysis of sensitivity/resistance indicators of individual pathogens of tracheobronchial aspirate and urine microbial flora in patients with different sepsis outcomes to antibacterial drugs used revealed no statistically significant differences, suggesting no association between manifestations of antibiotic resistance of microbial flora and sepsis outcomes in patients in chronic critical conditions.

Введение. Мониторинг чувствительности к антибактериальным препаратам разных групп микроорганизмов позволяет обеспечить оптимальный подход к профилактике и лечению бактериальной инфекции. В связи с этим представляется важным анализ состава и резистентности бактериальной флоры с целью подбора наиболее эффективных препаратов для ее эрадикации. Цель исследования. Выявить наиболее распространенные микроорганизмы в отделении реанимации и проанализировать их чувствительность к антибактериальным препаратам, определить общие закономерности и основные направления развития антибиотикорезистентности. Материал и методы. Проанализированы данные микробиологических исследований у 107 пациентов отделения реанимации терапевтического профиля с разными заболеваниями. Результаты. Наиболее часто выявлялись микроорганизмы видов Staphylococcus epidermidis (30 пациентов, 28,03% случаев), Staphylococcus hominis (15 пациентов, 14,01% случаев) и Klebsiella pneumoniae ssp. pneumoniae (17 пациентов, 15,8% случаев). Наиболее частые носители – пациенты с внегоспитальной двусторонней интерстициальной пневмонией (62,9% случаев). Выявлена низкая чувствительность бактерий к карбапенемам и колистину, полная резистентность большинства микроорганизмов к пенициллинам, цефалоспоринам и фторхинолонам, а также неожиданно высокая чувствительность к тетрациклину. Выводы. В клинической практике сужается спектр эффективных препаратов против выделенных мультирезистентных микроорганизмов, необходимо избегать необоснованного применения антибиотиков и как можно быстрее переходить от эмпирического назначения препаратов широкого спектра к таргетной антимикробной терапии согласно данным микробиологического контроля. Рекомендуется рассмотреть возможность более широкого применения тетрациклина в интенсивной терапии.

Цель. Разработка клинической фармакодинамической оценки эффективности дексмедетомидина на основе мониторинга функциональных параметров автономной нервной, гормональной и иммунологической реактивности организма пациентов при проведении интенсивной терапии. Материалы и методы. В исследование включено 16 пациентов, поступивших в лечебно-профилактическое учреждение в периоде более 21 суток после состоявшегося острого нарушения мозгового кровообращения либо травмы головного мозга (мужчин – 13, женщин – 3, средний возраст – 49,25±5,02 года). Фармакодинамический тест выполнен на 21–30-е сутки развития повреждения головного мозга с внутривенным применением дексмедетомидина при начальной скорости инфузии 0,66–1,11 мкг/кг/ч в течение 180 минут (суммарно 200 мкг, 0,01% – 2,0 мл). Затем внутривенная инфузия дексмедетомидина проводилась со скоростью введения 0,14–0,28 мкг/кг/ч в течение 24 часов (суммарно 400 мкг, 0,01% – 4,0 мл). При фармакодинамическом тесте регистрировали функциональную активность автономной нервной системы по параметрам вариабельности ритма сердца исходно, через 90, 180 минут и спустя 24 часа от начала применения препарата. Критерием начала инфузии препарата дексмедетомидина (фирма Orion Pharma, Финляндия) служили электрофизиологические показатели вариабельности ритма сердца, характерные для симпатической гиперреактивности (использовались 5-минутные записи кардиоинтервалов). Симпатическая гиперактивность принималась в пределах значений для SDNN <4,54 мс, для RMSSD <2,25 мс, для pNN50% <0,109%, для SI >900 н. е. (нормализованные ед.), для TP <200 мс2. Исходно и спустя 24 часа от начала применения препарата определяли содержание в сыворотке крови TNF-α, IL-6, кортизола, свободного миоглобина, С-реактивного белка, прокальцитонина, подклассов Т-лимфоцитов CD(3)(+) – зрелые лимфоциты, CD(4)(+)- Т-хелперы, CD(8)(+) – Т-лимфоциты, CD(4)(+)/CD(8)(+); CD(16)(+) киллеры. Результаты. Дексмедетомидин устраняет симпатическую гиперактивность (параметры: SDNN, RMSSD, pNN50%, SI, TP), снижает уровень провоспалительных цитокинов крови (TNF-α, IL-6), маркеров системного воспаления (прокальцитонин, С-реактивный белок), уменьшает концентрацию стресс-гормона коры надпочечников (кортизол), тканевую гипоксию (свободный миоглобин) и снижает избыточную цитотоксическую функцию лимфоцитов. Заключение. Разработанная схема достаточна для объективной оценки и раскрытия свойств дексмедетомидина по поддержанию гомеостаза организма. Purpose. Development of clinical pharmacodynamic evaluation of dexmedetomidine efficacy based on monitoring of functional parameters of autonomic nervous, hormonal and immunological reactivity of patients during intensive therapy. Materials and methods. The study included 16 patients (men – 13, women – 3, average age – 49.25±5.02), over 21 days with the consequences brain damage. A single pharmacodynamic test was performed on the 20–30th day of the development of head injury, after the end of the acute period of development of cerebrovascular pathology with the intravenous use of dexmedetomidine with an initial IV infusion rate of 0.66–1.11 μg/kg/h for 180 minutes (total 200 μg, 0.01% – 2.0 ml). Then the intravenous infusion of dexmedetomidine was carried out at a rate of 0.14–0.28 μg/kg/h for 24 hours (total 400 μg, 0.01% – 4.0 ml). The dosages of the pharmacodynamic test correspond to the dosages of the State Register of Medicines. The pharmacodynamic test recorded the functional activity of the autonomic nervous system (ANS) according to the parameters of the heart rate variability (HRV) initially, after 90, 180 minutes and after 24 hours from the start of the drug use. Patients with a permanent form of atrial fibrillation were excluded from the study. The criterion for starting the infusion of dexmedetomidine (Orion Pharma, Finland) was the electrophysiological indicators of HRV characteristic of sympathetic hyperactivity (5-minute recordings of RR intervals were used). HRV parameters were recorded initially, at the 90th and 180th minutes of application, and 24 hours after the start of the drug infusion. Sympathetic hyperactivity was taken within the values for SDNN <4.54 ms; for RMSSD <2.25 ms; for pNN50% <0.109%; for TP <200 ms2. To verify sympathetic hyperactivity, norm or parasympathetic hyperactivity, at least 3 out of 4 HRV parameters must be within the specified limits. Blood serum parameters were recorded at baseline and 24 hours after the start of the drug administration TNF-α, IL-6, cortisol, free myoglobin, C-reactive protein, procalcitonin, subclasses of T-lymphocytes CD (3) (+) – mature lymphocytes, CD (4) (+) – T-helpers, CD (8) (+) – T-lymphocytes, CD (4) (+) / CD (8) (+); CD (16) (+) killers. Results. Dexmedetomidine shows the elimination of sympathetic hyperactivity (HRV parameters: SDNN, RMSSD, pNN50%, TP), reduces the level of pro-inflammatory blood cytokines (TNF-α, IL-6), markers of systemic inflammation (procalcitonin, C-reactive protein), reduces the concentration of stress hormone of the adrenal cortex (cortisol) and tissue hypoxia (free myoglobin). Dexmedetomidine simulates T and B cell immunity by decreasing the excessive cytotoxic function of lymphocytes. Conclusion. Dexmedetomidine in a clinical pharmacodynamic test normalizes the neuroendocrine response and homeostasis of the body.

Введение. Инфекция SARS-CoV-2 в 10-20% случаев характеризуется гиперцитокинемией и в этой связи патогенетически обосновано применение блокаторов рецепторов интерлейкина-6 (ИЛ-6), в частности тоцилизумаба и ливелимаба, но также имеет место использование антицитокиновой гемосорбции. Определить, какой из методов предпочтителен у пациентов с тяжелым течением COVID-19, невозможно ввиду отсутствия крупных сравнительных исследований между медикаментозными и экстракорпоральными методами антицитокиновой терапии. Цель. Сравнить эффективность гемосорбции через гемосорбент «Гемо-Протеазосорб» в комбинации с экстракорпоральной аутогемомагнитотерапией и медикаментозной супрессией антагонистами рецепторов ИЛ-6 на респираторный статус, гемостаз, кислотно-основное состояние крови, детоксикационную функцию печени и почек у пациентов с тяжелым течением инфекции COVID-19. Материал и методы. Были изучены клинико-лабораторные показатели 102 пациентов с тяжелым течением коронавирусной инфекции и при развившемся «цитокиновом шторме». Всех пациентов разделили на три группы: гемосорбция с магнитной обработкой крови («ГС+МОК») (41 пациент), «Тоцилизумаб» (40 пациентов) и «Ливелимаб» (20 пациентов). Изучали следующие показатели: количество эритроцитов, тромбоцитов, уровень гемоглобина, концентрацию общего белка, креатинина, мочевины, общего билирубина, аспартатаминотрансферазы (АСТ), аланинаминотрансферазы (АЛТ), фибриногена, Д-димеров, кислотно-основное состояние и газовый состав крови. Для оценки респираторного статуса оценивались респираторный индекс (РИ), ROX-индекс, суммарный поток кислорода и динамика уровня респираторной поддержки. Для оценки гемодинамики оценивали среднее артериальное давление и частоту сердечных сокращений, также оценивали температуру тела пациентов. Результаты. Полученные результаты демонстрируют, что при сочетанном использовании МОК и гемосорбции через сорбент «Гемо-Протеазосорб» у пациентов с тяжелым течением COVID-19 не отмечается значимых колебаний в показателях гемодинамики, уровнях мочевины, креатинина, общего билирубина, АСТ и АЛТ, в это же время при использовании тоцилизумаба отмечается повышение уровней мочевины, общего билирубина и АЛТ, а в группе «Ливелимаб» – концентрации мочевины. При использовании ГС+МОК отмечены снижение уровня фибриногена на следующие сутки, а также тенденция к снижению Д-димеров, в то же время при терапии блокаторов рецепторов ИЛ-6 значимое снижение уровня фибриногена установлено только на шестые-восьмые сутки. Количество тромбоэмболических осложнений также было ниже у пациентов на фоне экстракорпоральной детоксикации. На фоне ГС+МОК наблюдается повышение показателей респираторного статуса (РИ, ROX-индекс, снижение суммарного потока кислорода) уже на следующие сутки, а в группах «Тоцилизумаб» и «Левилимаб» рост этих показателей отмечен только на шестые-восьмые сутки исследования, при этом на следующие сутки в обеих группах установлено снижение ROX-индекса и отсутствие динамики суммарного потока кислорода. В группе «ГС+МОК» получены результаты, свидетельствующие о том, что данная методика как более значимо предотвращает переход на следующий уровень респираторной поддержки, так и способствует ее снижению по сравнению с блокаторами рецепторов ИЛ-6. При анализе кислотно-основного состояния крови на фоне ГС+МОК отмечено снижение уровня лактата и повышение HCO3 и дефицит/избыток оснований, что свидетельствует о компенсации метаболического ацидоза. Подобные результаты при использовании блокаторов рецепторов ИЛ-6 получены только на шестые-восьмые сутки исследования, но при этом ни на одном этапе не было установлено нормализации концентрации лактата в крови пациентов. Выводы. Применение ГС+МОК имеет ряд преимуществ перед терапией блокаторами рецепторов ИЛ-6, что проявляется отсутствием кардио-, гепато- и нефротоксичности, более значимым положительным влиянием на гемостаз, респираторный статус и кислотно-основное состояние пациентов.

Введение. Карбапенемы играют важную роль в нашем арсенале антибиотиков. Из многих сотен различных β-лактамов карбапенемы обладают самым широким спектром активности и наибольшей эффективностью против грамположительных и грамотрицательных бактерий. Карбапенемы легко проникают через клеточную стенку бактерий и взаимодействуют со специфическими пенициллинсвязывающими белками на поверхности цитоплазматической мембраны, тормозят синтез пептидогликанового слоя клеточной стенки, подавляют активность транспептидазы, способствуют высвобождению аутолитических ферментов, что в итоге вызывает повреждение и гибель бактерий. Эртапенем – новый карбапенем, разработанный для устранения фармакокинетических недостатков (короткий период полувыведения) имипенема и меропенема. Цель. Изучить влияние эртапенема на печень, а также пул свободных аминокислот в плазме. Материалы и методы. В эксперименте на крысах проведен анализ структуры печени после внутрибрюшинного введения эртапенема и 0,9% NaCl, а также определен пул свободных аминокислот в плазме крови методом обращенно-фазной высокоэффективной жидкостной хроматографии. Результаты. Воздействие антибиотика приводило к развитию слабой либо умеренной воспалительной реакции в печени животных, преимущественно к лимфоцитарной инфильтрации в области центральных вен, без проникновения в дольку. Регистрировалась внутридольковая воспалительная реакция в виде мелких и средних очагов круглоклеточных элементов, в составе которых местами выявлялись гепатоциты, гибнущие по апоптозному типу. Изучение аминокислотного фонда и спектра отдельных аминокислот в ткани печени показало достоверно значимое увеличение общего количества аминокислот и их азотсодержащих метаболитов, общего количества протеиногенных аминокислот, общего количества заменимых аминокислот. Заключение. Воздействие эртапенема инициировало слабо либо умеренно выраженную воспалительную реакцию в печени крыс. Аминокислотный дисбаланс, наблюдаемый в плазме крови, может являться следствием как морфологических изменений в кишечнике, так и нарушения биосинтетических процессов в печени. Introduction. Carbapenems play an important role in our arsenal of antibiotics. Of the many hundreds of different β-lactams, carbapenems have the broadest spectrum of activity and the greatest effectiveness against Gram-positive and Gram-negative bacteria. Carbapenems easily penetrate the bacterial cell wall and interact with specific penicillin-binding proteins on the surface of the cytoplasmic membrane, inhibit the synthesis of the peptidoglycan layer of the cell wall, suppress transpeptidase activity, and promote the release of autolytic enzymes, which ultimately causes damage and death of bacteria. Ertapenem is a new carbapenem developed to overcome the pharmacokinetic disadvantages (short half-life) of imipenem and meropenem. Purpose. To study the effect of ertapenem on the liver, as well as the pool of free amino acids in plasma. Materials and methods. In an experiment on rats, the liver structure was analyzed after intraperitoneal administration of ertapenem and 0.9% NaCl, and the pool of free amino acids in the blood plasma was determined by reverse-phase high-performance liquid chromatography. Results. Exposure to the antibiotic led to the development of a weak or moderate inflammatory reaction in the liver of animals, predominantly to lymphocytic infiltration in the area of the central veins, without penetration into the lobule. An intralobular inflammatory reaction was recorded in the form of small and medium-sized foci of round cell elements, which in some places contained hepatocytes dying according to the apoptotic type. The study of the amino acid pool and the spectrum of individual amino acids in liver tissue showed a significantly significant increase in the total amount of amino acids and their nitrogen-containing metabolites, the total amount of proteinogenic amino acids, and the total amount of non-essential amino acids. Conclusion. Exposure to ertapenem initiated a mild to moderate inflammatory response in the liver of rats. The amino acid imbalance observed in the blood plasma may be a consequence of both morphological changes in the intestine and disruption of biosynthetic processes in the liver.

Введение. Кишечная микрофлора играет важную роль в организме человека, а прием противомикробных препаратов – один из основных факторов, влияющих на состав микробиоты. Антибиотики подавляют нормальную микрофлору кишечника и создают условия для роста и развития патогенной флоры. Цель исследования – изучить влияние меропенема и имицинема на микробиоценоз и морфологию тонкого кишечника крыс. Материал и методы. В эксперименте на крысах проведен анализ микробиоценоза толстого кишечника после внутрибрюшинного введения меропенема, имицинема и 0,9% NaCl, а также исследованы образцы тонкого кишечника. Результаты. При сравнительном анализе контрольной группы с группами меропенема и имицинема отмечалось снижение количества анаэробов в группе меропенема (8,6±0,14, p<0,05) по сравнению с контрольной группой (9,4±0,22, p<0,05) и группой имицинема (9,4±0,40, p<0,05); содержания бифидобактерий показало снижение их количества в группе меропенема (8,1±0,16, p<0,05), в отличие от контрольной группы (9,2±0,25, p<0,05) и группы имицинема (9,2±0,41, p<0,05). При сравнении с меропенемом (3,8±0,44, p<0,05) имицинем (4,9±0,20, p<0,05) приводил к большему росту спорообразующих анаэробов. У животных группы имицинема гистоструктура слизистой оболочки тощей кишки была сходна с таковой в контрольной группе, в то время как в группе меропенема наблюдались воспалительные изменения стромы ворсин слизистой оболочки тощей кишки. Выводы. При сравнительном анализе действия карбапенемов определено, что данные антибиотики оказывают значимое влияние на микробиоценоз толстого кишечника, а также влияют на слизистую стенку тонкого кишечника, что должно учитываться клиницистами для повышения эффективности и безопасности антибактериальной терапии.

В данном клиническом обзоре представлен опыт успешно проведенной комплексной интенсивной терапии у пациента с острой сердечно-сосудистой недостаточностью, а также синдрома полиорганной дисфункции в раннем послеоперационном периоде. Пациент находился на стационарном лечении в УЗ “Гродненский областной клинический кардиологический центр”.

Сепсис представляет собой опасное для жизни состояние, вызванное нарушением ответной реакции организма хозяина на инфекцию, приводящую к дисфункции жизненно важных органов и систем. Сепсис и септический шок, ежегодно поражающие миллионы людей во всем мире, являются серьезными проблемами здравоохранения. Современные успехи в изучении патогенетических механизмов формирования сепсиса напрямую связаны с оптимизацией технологий лабораторной диагностики данной патологии. Хотя в настоящее время не существует «золотого стандарта» диагностики и прогнозирования развития сепсиса, наибольший клинический интерес привлекают лабораторно-диагностические тесты, многие из которых обладают высокой диагностической чувствительностью и диагностической специфичностью в отношении выявления у пациентов септического состояния, а также являющиеся достаточной альтернативой шкале SOFA, используемой для оценки выраженности органной недостаточности и прогнозирования смертности пациентов с сепсисом. Поэтому в настоящее время усилия медиков направлены на поиск новых, более эффективных, чем известные ранее, биомаркеров диагностики, мониторинга, прогнозирования прогрессирования и исхода сепсиса. В данном обзоре представлена информация о традиционно используемых и перспективных лабораторных тестах диагностики септических состояний с позиций врачей-клиницистов, часто встречающихся с ними по роду своей профессиональной деятельности. Sepsis is a life-threatening condition caused by an impaired host response to an infection, resulting in dysfunction of vital organs and systems. Sepsis and septic shock, which affect millions of people worldwide every year, are serious public health problems. Modern advances in the study of the pathogenetic mechanisms of the formation of sepsis are directly related to the optimization of technologies for laboratory diagnosis of this pathology. Although there is currently no "gold standard" for diagnosing and predicting the development of sepsis, the greatest clinical interest is attracted by laboratory diagnostic tests, many of which have high diagnostic sensitivity and diagnostic specificity for detecting septic condition in patient, being also a suitable alternative to the SOFA scale used to assess the severity of organ failure and predict mortality in sepsis patients. This review provides information on traditionally used and promising laboratory tests for diagnosis of septic conditions from the standpoint of clinicians encountering them frequently in their professional activities.

Extracorporeal blood purification (EBP) is one of the trends of effective sepsis therapy. Some disadvantages of this method such as a possible reduction of plasma levels of different important metabolites are described. It is known that sepsis disorders of amino acid metabolism are manifested in microcirculation interruptions, the decreased immune response and the increased mortality. The aim of the study is to investigate the EBP effect on the essential amino acid plasma levels in patients diagnosed with sepsis. We selected 38 patients diagnosed with sepsis. Standard treatment protocols of plasma filtration, hemofiltration, and hemadsorption with various sorbents were used. We revealed a significant decrease in the levels of valine, methionine, tryptophan, isoleucine, phenylalanine, leucine, and lysine in patients who underwent hemadsorption by the sorbent “Proteasosorb”. Hemadsorption by the sorbent “Proteasosorb” has the greatest effect on the levels of amino acids.

The objective of the present literature review is to summarize current information on the issues of diagnostics, severity assessment and prognosis of acute renal failure. Eighty-four original English and Russian literature sources have been reviewed. The article focuses on the new classification and terminology peculiarities of acute renal failure. All the existing markers have been carefully considered. NGAL determination is regarded as the most relevant marker for the risk assessment and prognosis of acute renal failure.