The risk of developing Hodgkin Lymphoma (HL) is 5 to 26 times higher in HIV-infected patients compared to the general population. HL can develop even with moderate immune suppression and treatment with antiretroviral medicines. This article reviews the current treatment strategy for HL in HIV-infected patients and describes the first successful experience of high-dose chemotherapy following autologous hematopoietic stem cell transplantation (autoHSCT) in an HIV-infected patient at the Hematology Department of the Pirogov National Medical and Surgical Center. This clinical case demonstrates the efficacy and safety of autoHSCT for treatment of relapsed and refractory HL in patients with HIV infection.

Classical Hodgkin lymphoma is considered a potentially curable cancer, however, relapsed and refractory disease is observed in approximately 10–30% of patients after the first-line treatment. The choice of further therapy approach is complex because efficacy of traditional second-line chemotherapy regimens is limited. Immune checkpoint inhibitors (PD-1-inhibitors) are a highly effective option in relapses and refractory classical Hodgkin lymphoma at present. This article presents a comprehensive review of studies demonstrating feasibility and safety of PD-1-inhibitors as a bridge for autologous stem cell transplantation, enabling to achieve a durable response to treatment.

Background. High-dose chemotherapy (HDCT) with autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is currently regarded as a standard treatment for patients with relapsed/refractory classical Hodgkin lymphoma (cHL). The efficacy of transplantation correlates with the depth of antitumor response achieved on pre-transplantation chemotherapy. A combination of PD-1 inhibitors with chemotherapy is a new forward-looking approach ensuring a higher rate of complete responses prior to auto-HSCT as well as better outcomes of the treatment in general. Aim. To assess the efficacy and safety of the combined program with Nivo-DHAP and subsequent HDCT and auto-HSCT in patients with relapsed/refractory cHL. Materials & Methods. From March 2020 to January 2022, 38 patients were enrolled in the study. The Nivo-DHAP program consisted of two stages. At stage 1 nivolumab immunotherapy was administered: two 240 mg/day IV infusions as a monoregimen 14 days apart. Stage 2, Nivo-DHAP immunochemotherapy, started in 14 days after stage 1: nivolumab 480 mg/day IV infusion on Day 1 in combination with DHAP chemotherapy, total of 4 cycles. The efficacy of this therapy was evaluated after 2 nivolumab infusions as well as after 2 and 4 Nivo-DHAP cycles. The program was fully implemented in 36 patients. HSCs were collected after remission had been reported, in most cases it was after 2 Nivo-DHAP cycles. For various reasons, auto-HSCT was performed only in 23 out of 36 patients. The median follow-up of patients after auto-HSCT was 24 months. Results. After completing the pre-transplantation stage of the program to the full extent, which included Nivo, Nivo, and 4 Nivo-DHAP cycles, 36 patients showed a 100 % overall objective response. Complete response was achieved in 27 (75 %) patients, and partial response was reported in 9 (25 %) patients. The signs of hematological toxicity grade 3/4 were manifested in 26 % of patients. In the total cohort of 36 patients with (n = 23) and without (n = 13) auto-HSCT, progression-free survival (PFS) was 81 % with the follow-up of 12 months, 78 % with the follow-up of 24 months, and 74 % with the follow-up of 36 months. Overall survival (OS) in the total cohort with the same follow-up end-points was 95 %. A comparative assessment revealed that PFS was 87 % in the cohort with auto-HSCT with the follow-up of 12, 24, and 36 months and 70 %, 64 %, and 48 % in the cohort without auto-HSCT with the same follow-up end-points, respectively (p = 0.056). Conclusion. A combination of PD-1 inhibitors with chemotherapy as a stage prior to HDCT followed by auto-HSCT is a promising strategy resulting in high PFS and OS rates. Preliminary data on using PD-1 inhibitors combined with chemotherapy cannot yet provide substantial basis for disregarding HDCT with subsequent auto-HSCT which is considered to be the optimal method for remission consolidation.

Анапластическая Т-клеточная лимфома, ассоциированная с имплантами молочных желез, или имплант-ассоциированная Т-клеточная лимфома (ИА-ТКЛ), является редкой формой неходжкинскихT-клеточных лимфом (CD30+/ALK-), развивающейся в фиброзной капсуле (или за ее пределами), возникающей вследствие длительного контакта импланта с тканями реципиента. Заболеваемость данным видом лимфом неуклонно увеличивается – по данным на конец 2021 г. в мире зарегистрировано 733 случая ИА-ТКЛ и 36 летальных исходов, связанных с ИА-ТКЛ, большая часть в США – 363, Австралии – 112, Франции – 86. В России зарегистрировано только 4 случая без летальных исходов. В статье описаны современный подход к диагностике и лечению ИА-ТКЛ и собственный клинический опыт. Breast implant-associated anaplastic T-cell lymphoma or implant-associated T-cell lymphoma (BIA-TCL) is a rare type of non-Hodgkin T-cell lymphoma (CD30+/ALK-) which evolves from fibrous cap or outside due to long-term contact between the implant and the recipient tissue. The incidence of this type lymphoma is increasing – 733 cases of BIA- TCL and 36 deaths in the end of 2021 worldwide. Most cases in the United States – 363, Australia – 112, France – 86, in Russia only 4 cases are registered without fatalities. The article describes the current approach to the diagnosis and treatment of BIA-TCL and own clinical experience.

Введение. Высокодозная химиотерапия с последующей аутологичной трансплантацией гемопоэтических стволовых клеток (ВДХТ и ауто-ТГСК) остается стандартом лечения пациентов с первично-рефрактерным и рецидивирующим течением лимфомы Ходжкина (ЛХ). Основополагающую роль в ауто-ТГСК играет режим кондиционирования, целью проведения которого является эрадикация опухоли и увеличение глубины ремиссии. В отсутствие рандомизированных исследований актуальными остаются ретроспективные сравнения различных режимов кондиционирования перед ауто-ТГСК для оценки эффективности и их токсичности, оптимизации подходов к проведению ауто-ТГСК. Цель. Сравнение токсичности и эффективности режимов кондиционирования (BeEAC, CLV, LEAM) перед ауто-ТГСК у пациентов с первично-рефрактерным и рецидивирующим течением ЛХ в условиях одного центра. Материалы и методы. В ретроспективный анализ включено 279 пациентов с первично-рефрактерным и рецидивирующим течением ЛХ. Все пациенты получили высокодозную химиотерапию и ауто-ТГСК в ФГБУ «НМХЦ им. Н.И. Пирогова» в период с 2006 по 2018 г. Проводимые режимы кондиционирования: CLV (циклофосфамид, ломустин, этопозид), LEAM (ломустин, этопозид, цитарабин, мелфалан), BeEAC (бендамустин, цитарабин, этопозид, циклофосфамид). Результаты. У всех пациентов отмечалось приживление трансплантата. Продолжительность нейтропении (Neu<0,5 тыс/мкл) была одинаковой (8 дней). Продолжительность тромбоцитопении (PLT<20 тыс/мкл): CLV – 9 дней, при использовании режимов BeEAC и LEAM – 11 дней (p=0,03). Развитие анемии II степени преимущественно наблюдалось при режиме CLV, III – степени при LEAM и BeEAC (p>0,05). Развитие тяжелых мукозитов ротовой полости и других локализаций преобладало в группе LEAM. Кардиотоксичность превалировала в группе BeEAC. Значимых различий по печеночной токсичности, пульмотоксичности, нефротоксичности и инфекционным осложнениям зарегистрировано не было. Наибольшая частота полных ответов после ВДХТ и ауто-ТГСК была в группе BeEAC (p<0,001). Выживаемость без прогрессирования была сопоставимой во всех группах. Наиболее низкая общая выживаемость отмечалась в группе LEAM, что, вероятнее всего, связано с более ранним использованием этого режима в нашей клинике и отсутствием возможности проведения таргетной или иммунотерапии в случае рецидива после ВДХТ и ауто-ТГСК. Заключение. В качестве режима кондиционирования перед ауто-ТГСК могут быть использованы BeEAC, LEAM или CLV. Различия в профиле негематологической токсичности этих режимов могут послужить критерием для персонализированного выбора режима кондиционирования у пациентов с различной коморбидностью. Introduction. High-dose chemotherapy (HDCT) followed by autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) remains the standard of care for patients with primary refractory and relapsed Hodgkin lymphoma (HL). Conditioning regimen plays a main role in auto-HSCT. The aims of conditioning regimen are to eradicate the tumor and increase the depth of remission. Retrospective comparisons of different conditioning regimens before auto-HSCT remain relevant for assessing efficacy and toxicity and optimizing approaches to auto-HSCT in the absence of randomized studies. Purpose. Comparison conditioning regimens (CLV, LEAM, BeEAC) before auto-HSCT for patients with primary refractory and relapsed HL in single center. Materials and methods. In retrospective study were included 279 patients with HL. All patients received HDCT and auto-HSCT in National Medical and Surgical Center named after N.I. Pirogov (2006–2018). Conditioning regimens: CLV (cyclophosphamide, lomustine, etoposide), LEAM (lomustine, etoposide, cytarabine, melphalan), BeEAC (bendamustine, cytarabine, etoposide, cyclophosphamide). Results. All patients had engraftment. Duration of neutropenia was the same – 8 days. Duration of thrombocytopenia in CLV regimen – 9 days, LEAM and BeEAC – 11 days (p=0,03). Anemia Grade II (median) was identified in CLV, Grade III (median) in LEAM and BeEAC regimens (p>0,05). The development of severe mucositis of the oral cavity and other localizations dominated in LEAM. Cardiotoxicity was more prevalent in BeEAC. There were no significant differences in liver toxicity, pulmonary toxicity, nephrotoxicity, or infectious complications in different regimens. The highest rate of complete response after HDCT and auto-HSCT was in BeEAC (p<0.001). Progression-free survival was comparable in all groups. The lowest overall survival was observed in the LEAM group, most likely due to the earlier use of this regimen in our clinic and the lack of availability of targeted or immunotherapy in cases of relapse after HDCT and auto-HSCT. Conclusion. BeEAC, LEAM or CLV can be used as a conditioning regimen before auto- HSCT. Differences in the non-hematological toxicity profile of these regimens may serve as a criterion for personalized choice of conditioning regimen in patients with different comorbidities.

Aim. To assess the efficacy of a long-acting form of the granulocyte colony-stimulating factor (G-CSF) empegfilgrastim in primary prevention of neutropenia in patients with advanced stages of classical Hodgkin lymphoma (cHL) who received intensive chemotherapy with reduced inter-cycle interval under the protocol “LKh-Rossiya-1”. Materials & Methods. The study enrolled 35 patients with newly diagnosed cHL. All patients had advanced stages (IIB X/Е and III/IV) of the disease. They were treated at the NI Pirogov National Medical and Surgical Center from March 2013 to August 2022. The primary prevention of neutropenia by long-acting G-CSF (empegfilgrastim) was administered to 21 patients under the protocol “LKh-Rossiya-1”. They received 6 chemotherapy cycles of modified EACODD-14, in total 126 cycles. The control group consisted of 14 patients who received 6 ЕАСОРР-14 chemotherapy cycles (in total 84 cycles) with dacarbazine as substitution for procarbazine. In the control group, the primary prevention of neutropenia was carried out using discrete G-CSF (filgrastim). The median (range) follow-up in the main (n = 21) and control (n = 14) groups was 18 (5–36) and 39 (29–116) months, respectively. The treatment efficacy was assessed based on PET-CT in 31 patients and on CT in 4 patients. Results. By the end of chemotherapy, complete metabolic response was achieved in 28 (80 %) out of 35 patients (95 % in the EACODD-14 and 73 % in ЕАСОРР-14 groups). In 6 (17 %) patients, partial remission was confirmed only by CT scan, and in 1 (3 %) patient, PET/CT showed stabilization. After consolidation radiotherapy, complete remission was reported in all 35 patients. Both groups received the full chemotherapy program per protocol. Without a violation of G-CSF regimen, the EACODD-14 group received 121 (96 %) cycles out of those 126 planned, whereas the ЕАСОРР-14 group received all 84 cycles per protocol. Full implementation of 107 (88.4 %) cycles in the first group and 24 (29 %) cycles in the second group was achieved in 12 (57 %) and 5 (36 %) patients, respectively (p < 0.001). Neutropenia grade 4 was more often identified in filgrastim than in empegfilgrastim recipients (57 % vs. 19 %; p < 0.05) and in a larger number of cycles (15 % vs. 3 %; p < 0.01). The rate of infection episodes in the ЕАСОРР-14 group was higher (50 % vs. 28 %) and in more cycles (15 % vs. 5 %; p < 0.05). Due to the use of long-acting G-CSF (empegfilgrastim) the number of inpatient days could be reduced from 9 to 5. Conclusion. The results of this study demonstrate the advantage of long-acting G-CSF (empegfilgrastim) as compared with its discrete form (filgrastim) in intensified programs with a reduced inter-cycle interval and high risk of febrile neutropenia (EACODD-14 and EACOРР-14). The use of empegfilgrastim allowed to administer three times as many chemotherapy cycles adhering to the principle of dose intensity in a larger number of patients with advanced cHL stages.

Aim. To study the quality of life and symptoms, to assess the clinical effect and treatment safety in relapsed/refractory classical Hodgkin’s lymphoma (r/r cHL) patients treated with brentuximab vedotin (BV) as > 3rd-line therapy in the context of real clinical practice. Materials & Methods. The study enrolled 62 r/r cHL patients after the second- and subsequent-line chemotherapies, who are either ineligible for autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) at the time of their enrollment into the study or after the failure of high-dose chemotherapy (HDCT) with auto-HSCT. The median age was 31 years; 46.8 % of patients were women. The patients received BV 1.8 mg/kg intravenously every 3 weeks. Clinical parameters, quality of life, and symptoms were assessed prior to BV therapy and in 3, 6, 9, 12, and 15 months after therapy onset. The RAND SF-36 form was used to assess the quality of life, and the ESAS-R tool was applied to report on symptoms. Results. Objective response was observed in 68.3 % of patients, 40 % out of them showed complete response. The median progression-free survival was 10.6 months (95% confidence interval 7.4-12.9 months). Safety profile corresponded to the published data. Adverse events of grade 3/4 were identified in 1.6 % of patients. In the period of 15 months after therapy onset, quality of life improvement or stabilization was reported based on all the scales of RAND SF-36 (GEE, p < 0.001), and symptom relief was shown based on ESAS-R total score (GEE, p < 0.001). Conclusion. In the context of real clinical practice, BV appeared to be effective in r/r cHL patients either after the second- or subsequent-line chemotherapies or after the failure of HDCT with auto-HSCT. The study demonstrated that BV was well tolerated by the patients. BV therapy contributes to the improvement of r/r cHL patients’ quality of life. Positive changes in quality of life and symptoms on BV therapy testify to its patient-assessed efficacy and safety.

Background. The national observational program MPN-QoL-2020 was focused on quality of life (QoL) and symptoms in patients with classical Ph-negative myeloproliferative neoplasms (MPNs) in the Russian Federation, as well as on the perception of the disease and treatment from the patient's and physician's perspective. Aim. To evaluate QoL in patients with different MPNs using new standardized questionnaires, to assess the most common symptoms and their impact on QoL in patients with myelofibrosis (MF), polycythemia vera (PV) and essential throm-bocythemia (ET), and to characterize the perception of the disease and treatment concerns from patients' perspective and their treating physicians' perspective. Materials & Methods. In total 1100 patients with MPNs (MF: n = 355, PV: n = 408, and ET: n = 337; mean age 58 ± 14 years; 61 % women) and 100 hematologists (mean age 42 ± 12 years; 85 % women) from 37 medical centers in 8 Federal districts of the Russian Federation participated in the study. All the patients filled out symptom assessment tool (MPN10), QoL questionnaire for patients with hematological nancies (HM-PRO) and patient's survey checklist; physicians filled out physician's survey checklist and patient record for each patient included in the study. Results. For the first time in Russia in a representative population of MPN patients in the real-world setting, QoL and symptom profiles in patients with different MPNs were characterized and symptom impact on the daily living of MPN patients was identified. MPN patients exhibited QoL impairment: noticeable detriments in physical and emotional functioning, as well as in eating and drinking regimen were found, social functioning was less impaired. More than one third of MPN patients had significant QoL impairment. The vast majority of patients experienced fatigue: 92.6 % MF patients, 83.7 % PI patients, and 82 % ET patients. Symptom prevalence severity differed across different MPNs. Top disease-related symptoms to be resolved were identified from patient's and physician's perspective. Discrepancies in the attitudes of MPN patients and their treating physicians to various aspects regarding the disease and its treatment were found as well as issues needed to be improved in the patient-physician communication were identified. Conclusion. The results of national research program MPN-QoL-2020 allowed to identify the areas of QoL impairment and symptom burden in MPN patients in Russia, to verify areas of concern related to the disease and its treatment in patients with different MPNs, as well as to highlight the unmet needs in this patients' population in our country. The outcomes of the study may contribute to establishing recommendations for improving/maintaining QoL in patients with MPNs and to developing measures aimed to raise awareness of this patients' population about the disease and its treatment.

Aim. To study the efficacy and safety of combined immunochemotherapy according to the DHAp protocol + nivolumab in patients with refractory/relapsed classical Hodgkin's lymphoma before autologous hematopoietic stem cell transplantation.Materials and methods. The study consisted of 2 phases: 1st - immunotherapy with nivolumab (2 injections as monotherapy at a dose of 240 mg/day with 14 days interval); 2nd - combined immunochemotherapy according to the DHAp protocol + nivolumab (14 days after the 2nd administration of nivolumab): nivolumab 480 mg/day on day 1 in combination with chemotherapy according to the DHAp protocol, 4 cycles in total. The effectiveness of therapy was evaluated after 2 injections of nivolumab, after 2 and 4 cycles of combination therapy. from March 2020 to November 2021, 32 patients were included in the study. The median age was 34 (18-55) years.Results. As of November 2021, the result was evaluated in 32 patients after the 1st stage of treatment (nivolumab monotherapy). A complete response was obtained in 4 (12.5 %) patients, a partial response in 20 (62.5 %) patients, disease stabilization was noted in 5 (16 %) patients, an indeterminate response in 3 (9 %) patients. At the 2nd phase, the efficacy after the 2nd cycle of DHAp + nivolumab was evaluated in 31 patients (complete response was obtained in 19 (61 %), partial response in 11 (36 %)); the final efficacy evaluation (after the 4th cycle of DHAp + nivolumab) was performed in 30 patients, and all patients achieved response to therapy (complete response in 25 (83 %), partial response in 5 (17 %)). 2 patients were excluded from the study.Conclusion. preliminary results of combined immuno- and chemotherapy according to the DHAp protocol showed high efficacy and relatively low toxicity in patients with refractory/relapsed classical Hodgkin's lymphoma before autologous hematopoietic stem cell transplantation.

Актуальность. Национальная наблюдательная программа МПН-КЖ-2020 была направлена на получение данных об особенностях качества жизни и симптомов, а также восприятия болезни и лечения при классических Ph-негативных миелопролиферативных новообразованиях (МПН) в Российской Федерации с точки зрения пациентов и врачей. Цель. При использовании новых стандартизованных опросников изучить качество жизни пациентов с различными МПН, дать характеристику наиболее распространенным симптомам и их влиянию на качество жизни больных миелофиброзом (МФ), истинной полицитемией (ИП) и эссенциальной тромбоцитемией (ЭТ), охарактеризовать восприятие проблем, связанных с заболеванием и лечением, с точки зрения самих пациентов и их лечащих врачей-гематологов. Материалы и методы. В исследование включено 1100 пациентов с Ph-негативными МПН (355 — с МФ, 408 — с ИП и 337 — с ЭТ; средний возраст пациентов 58 ± 14 лет, 61 % женщин). В исследовании также участвовали 100 врачей-гематологов (средний возраст 42 ± 12 лет, 85 % женщин) из 37 ЛПУ в 8 федеральных округах РФ. В рамках исследования пациенты однократно заполняли специальный опросник для оценки симптомов МПН (MPN10), специальный опросник качества жизни у онкогематологических больных (HM-PRO), а также опросный лист пациента. Гематологи однократно заполняли опросный лист врача, а также «карту пациента» на всех включенных ими в исследование больных МПН. Результаты. В условиях реальной клинической практики впервые в России получены данные об особенностях качества жизни пациентов с Ph-негативными МПН, профиле симптомов при разных вариантах МПН и степени их влияния на повседневную жизнь. Больные МПН имеют нарушения качества жизни, которые в большей степени касаются физического и эмоционального функционирования, а также режима приема пищи и питья, в меньшей — социального функционирования. Более чем у 1/3 больных с Ph-негативными МПН зарегистрировано значительное нарушение качества жизни. У подавляющего большинства пациентов отмечается слабость: при МФ — у 92,6 %, при ИП — у 83,7 %, при ЭТ — у 82 %. Профили актуальных симптомов и их выраженность отличаются при разных МПН. Определены симптомы, более всего требующие коррекции с точки зрения пациентов и врачей. Установлены расхождения в оценках пациентов и их лечащих врачей в отношении к заболеванию и проводимому лечению, а также аспекты, нуждающиеся в улучшении при взаимодействии пациент-врач. Заключение. Результаты, полученные в рамках национальной наблюдательной программы МПН-КЖ-2020, позволили выявить особенности нарушений качества жизни больных МПН в России. Определен спектр специфических проблем, связанных с заболеванием и лечением, которые характерны для этих пациентов. Кроме того, актуализированы неудовлетворенные потребности этой категории пациентов в нашей стране. Результаты программы МПН-КЖ-2020 могут использоваться при подготовке рекомендаций по улучшению/поддержанию качества жизни пациентов с Ph-негативными МПН и для разработки мероприятий, направленных на повышение осведомленности больных МПН о заболевании и его лечении.

Цель. Изучение качества жизни и симптомов, оценка клинического эффекта и безопасности лечения у пациентов с рецидивами и рефрактерным течением классической лимфомы Ходжкина (р/р кЛХ), получающих брентуксимаб ведотин (БВ) в качестве ≥ 3-й линии терапии в условиях реальной клинической практики. Материалы и методы. В анализ включено 62 больных р/р кЛХ после второй или последующих линий противоопухолевой терапии, не являющихся кандидатами для проведения трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (аутоТГСК) на момент включения в исследование, или после неудачи высокодозной химиотерапии (ВДХТ) с аутоТГСК. Медиана возраста — 31 год, 46,8 % — женщины. Пациенты получали БВ в дозе 1,8 мг/кг в/в каждые 3 нед. Оценку клинических показателей, качества жизни и симптомов проводили до начала терапии БВ и через 3, 6, 9, 12 и 15 мес. после начала лечения. Для оценки качества жизни применяли опросник RAND SF-36, для оценки симптомов — ESAS-R. Результаты. Объективный ответ зарегистрирован у 68,3 % больных, из них 40 % имели полный ответ. Медиана выживаемости без прогрессирования составила 10,6 мес. (95%-й доверительный интервал 7,4–12,9 мес.). Профиль безопасности соответствовал опубликованным данным. Нежелательные явления III–IV степени тяжести выявлены у 1,6 % больных. На протяжении 15 мес. после начала лечения отмечались улучшение или стабилизация качества жизни по всем шкалам опросника RAND SF-36 (GEE, p < 0,001), а также уменьшение выраженности симптомов по общему баллу опросника ESAS-R (GEE, p < 0,001). Заключение. В условиях реальной клинической практики подтверждена эффективность применения БВ у больных р/р кЛХ после второй или последующих линий противоопухолевой терапии либо после неудачи ВДХТ с аутоТГСК. Продемонстрирован удовлетворительный профиль переносимости БВ. Терапия БВ сопровождается улучшением качества жизни больных р/р кЛХ. Положительные изменения качества жизни и симптомов на фоне терапии БВ свидетельствуют о его эффективности с точки зрения пациента.

Background. Checkpoint inhibitors contribute to improving the treatment outcomes in patients with relapsed/refractory classical Hodgkin's lymphoma (cHL). The paper describes the first generalized experience with pembrolizumab-induc-ing cHL immunotherapy in Russia. The hallmark of the study is a long follow-up period. Aim. To retrospectively assess efficacy and safety of pem-brolizumab-inducing immunotherapy of relapsed/refractory cHL. Materials & Methods. The study enrolled 14 cHL patients: 3 men and 11 women aged 24-57 years (median 33 years). Pembrolizumab 200 mg or 2 mg/kg was intravenously administered every 3 weeks. Median pembrolizumab administration number was 27 (max. 52 administrations), median follow-up after immunotherapy onset was 31 months. Results. Complete response (as best response) was achieved in 8 (57 %) patients, 3 (21 %) patients showed partial response (as best response). Overall objective response was 78 %. Median number of pembrolizumab administrations resulting in better responses to immunotherapy was 4, which corresponded to 3 months of treatment. Maximum number of pembrolizumab administrations before achieving best response was 32. Best response duration (the period from achieving it to disease progression/relapse or to the end-point of data collection in case of sustained response) varied from 3 to 56 months (median 15 months). Most common severe adverse events of grade 3-4 were pulmonary complications. Overall survival for 12, 24, and 36 months was 92.9 %, 85.7 %, and 85.7 %, respectively, and progression-free survival was 76.9 %, 59.3 %, and 37.1 %, respectively; median time before progression was 27.7 months. Conclusion. The experience with pembrolizumab-inducing immunotherapy of relapsed/refractory cHL in Russia proves the efficacy and relative safety of this treatment approach. Due to long follow-up period a series of crucial practical immunotherapy-related issues were raised, which will need to be dealt with in future studies.

Актуальность. Ингибиторы контрольных точек позволяют улучшить результаты лечения пациентов с рецидивами и резистентным течением классической лимфомы Ходжкина (кЛХ). В статье представлен первый обобщенный российский опыт иммунотерапии кЛХ с использованием пембролизумаба. Особенностью исследования является длительный период наблюдения за больными. Цель. Ретроспективная оценка эффективности и безопасности иммунотерапии пембролизумабом при рецидивах и рефрактерном течении кЛХ. Материалы и методы. В исследование включено 14 пациентов с кЛХ. Среди них было 3 мужчины и 11 женщин в возрасте 24–57 лет (медиана 33 года). Пембролизумаб вводился каждые 3 нед. в/в в дозе 200 мг или 2 мг/кг. Медиана числа введений пембролизумаба составила 27 введений (максимально 52 введения), медиана наблюдения за больными после начала иммунотерапии — 31 мес. Результаты. Полный ответ (как лучший ответ) получен у 8 (57 %) пациентов, частичный (как лучший ответ) — у 3 (21 %). Общий объективный ответ составил 78 %. Медиана введений пембролизумаба, после которых достигался лучший ответ на иммунотерапию, составила 4 введения, что соответствовало 3 мес. терапии. Максимальное число введений пембролизумаба до достижения лучшего ответа было 32. Продолжительность лучшего ответа (время от его достижения до прогрессирования/рецидива заболевания или до даты окончания сбора данных в случае сохраняющегося ответа) варьировала от 3 до 56 мес. (медиана 15 мес.). Наиболее часто встречающимися тяжелыми нежелательными явлениями III–IV степени были легочные осложнения. Показатели общей выживаемости на 12, 24 и 36 мес. составили 92,9, 85,7 и 85,7 % соответственно, а показатели выживаемости без прогрессирования — 76,9, 59,3 и 37,1 % соответственно; медиана до прогрессирования — 27,7 мес. Заключение. Российский опыт иммунотерапии пембролизумабом рецидивов и резистентной кЛХ подтверждает эффективность и относительную безопасность данного терапевтического подхода. Длительный период наблюдения за пациентами позволяет затронуть ряд важных практических вопросов, связанных с иммунотерапией, ответы на которые еще предстоит получить в будущем.

Актуальность. В настоящее время отсутствуют систематизированные данные и клинические рекомендации по проведению иммунотерапии ингибиторами контрольных точек у онкологических больных в условиях пандемии COVID-19. В этом плане не является исключением и классическая лимфома Ходжкина (кЛХ). В статье приведен опыт Пироговского центра (ФГБУ «Национальный медико-хирургический центр им. Н.И. Пирогова» Минздрава РФ) иммунотерапии PD-1-ингибиторами при рецидивах и рефрактерной кЛХ в условиях пандемии COVID-19. Авторы постарались дать ответы на актуальные вопросы по проведению иммунотерапии и дифференциальной диагностике пульмональных нежелательных явлений, возникающих в новых реалиях оказания медицинской помощи онкологическим больным. Цель. Оценить возможность и безопасность проведения иммунотерапии ингибиторами контрольных точек при рецидивах и рефрактерной кЛХ в условиях пандемии COVID-19. Материалы и методы. Проведен ретроспективный анализ нежелательных явлений, сопровождавших лечение, летальности и заболеваемости COVID-19 у 50 пациентов с кЛХ, получавших иммунотерапию в Пироговском центре в период весенней пандемии COVID-19 2020 г. Результаты. За анализируемый период (с 11 марта 2020 г. — день объявления начала пандемии COVID-19 — по 25 мая 2020 г.) в группе из 50 пациентов с кЛХ зафиксирована относительно невысокая общая частота впервые выявленных нежелательных иммуноопосредованных явлений (14 %; n = 7). Серьезные нежелательные явления диагностированы у 2 (4 %) больных. Частота бактериальных инфекций составила 6 % (n = 3). Клинические признаки коронавирусной инфекции с последующим лабораторным подтверждением COVID-19 отмечались у 2 (4 %) пациентов. Зарегистрирован 1 летальный исход, не связанный с COVID-19. Наиболее значимой проблемой, с которой пришлось столкнуться врачебному персоналу клиники, была необходимость проведения дифференциального диагноза между лекарственным пульмонитом (в т. ч. иммуноопосредованным) и пневмонией, связанной с COVID-19. Заключение. Проведенный ретроспективный анализ свидетельствует о том, что иммунотерапия PD-1-ингибиторами у пациентов с кЛХ в условиях пандемии COVID-19 является выполнимым, но требующим повышенного внимания методом лечения. Особое внимание необходимо уделять сходству клинической и рентгенологической картин пневмонии, вызванной COVID-19, и пульмонита как осложнения иммунотерапии.

The article represents the role of high-dose chemotherapy following autologous hematopoietic stem cell transplantation for Hodgkin lymphoma and summarizes the results of 10-years’ experience of high-dose chemotherapy following autologous hematopoietic stem transplantation cell for Hodgkin lymphoma in N.I. Pirogov National Medical and Surgical Center. 5-year overall survival was 63 %, 5-year progressivefree survival – 84 % that corresponds with international data. Complete response before high-dose chemotherapy following autologous hematopoietic stem cell was the main independent prognostic factor of transplantation efficacy. transplantation.

ВведениеП онятие «индолентные лимфомы» объединяет разнородную группу лимфоидных опухолей, сходных по клиническому «доброкачественному» течению: выживаемость измеряется годами, однако рецидивы неизбежны [1, 2].В это понятие включается несколько типов В-клеточных лимфом: фолликулярная, из клеток маргинальной зоны, из малых лимфоцитов и макроглобулинемия Вальденстрема [3, 4, 5].Типичным представителем Режим бендамустин + ритуксимаб (BR), согласно большинству международных рекомендаций, является одним из основных вариантов лечения иНХЛ.Целью программы BENEFIT (BEN-RUS-004O) стала оценка эффективности и безопасности схемы BR с последующей поддерживающей терапией ритуксимабом у пациентов с рецидивами или рефрактерными вариантами иНХЛ в Российской Федерации.Материалы и методы.В исследование включались больные старше 18 лет с рецидивами и рефрактерными формами иНХЛ.Пациенты получали режим BR.Первая оценка эффекта проводилась после 3-х циклов; при достижении ПР, ЧР и стабилизации лечение продолжалось до 6-8 циклов, после которых осуществлялась вторая оценка эффекта, далее -поддерживающая терапия Ритуксимабом в стандартном режиме.Результаты.С июня 2012 года по октябрь 2015 года включено 102 пациента.В рамках исследования пациенты получили от 1 до 9 курсов химиоиммунотерапии по схеме BR (медиана -6 курсов).Общий эффект достигнут у 58 (69,9%) больных: ПР -20 (24,1%), нПР -15 (18,1%), ЧР -23 (27,7%).При медиане наблюдения 17 месяцев, медианы ОВ и ВБП не достигнуты; 2-летняя ОВ составила 88,9% (95% ДИ: 79,7-99,0%) и 2-летняя ВБП составляла 72,5% (95% ДИ: 61,6-85,3%).Нежелательные явления были репортированы у 31 из 96 пациентов (32,3%), наиболее частыми НЯ были: нейтропения, лейкопения, инфекционные осложнения.Выводы.Комбинация бендамустин и ритуксимаб, в целом, хорошо переносится и демонстрирует высокую клиническую эффективность у пациентов с рецидивами и рефрактерными формами иНХЛ.Ключевые слова: индолентная неходжкинская лимфома, фолликулярная лимфома, рецидив, бендамустин, ритуксимаб.aim.Objectives of this study were to evaluate the effectiveness, safety, and tolerability of bendamustine/rituximab combination followed by rituximab maintenance therapy for relapsed or refractory (R/R) iNHL patients in the Russian Federation.Methods. Adult subjects (≥18 yr), diagnosed with R/R iNHL according to local diagnostic standards, were enrolled in this prospective observational study.Overall response rate (ORR) was assessed after 3 (Evaluation 1) and 6-8 (Evaluation 2) 28-day cycles.These are the results of 102 subjects enrolled between June 2012 and October 2015.Most study subjects were heavily pretreated with a median number of 2 prior lines of therapy before entering the study (range: 1-6).At Evaluation 2, ORR was high (n=58; 69,9%) with 35 (42,2%) subjects achieving CR (confirmed, n=20 [24,1%]; unconfirmed, n=15 [18,1%]) and 23 (27,7%) achieving PR.At follow up (17 mo), neither median OS or PFS had been reached; 2-year OS was 88,9% (95% CI: 79,7-99,0%) and 2-year PFS was 72,5% (95% CI: 61,6-85,3%).31 of 96 subjects (32,3%) reported≥1 AE.Decreased neutrophil count, decreased white blood cell count, and infections were the most commonly reported AEs.conclusions.Bendamustine plus rituximab therapy followed by rituximab maintenance therapy was generally well tolerated and demonstrated clinical effectiveness in Russian R/R patients with iNHLs.